По дороге на Оюту (СИ)

Ратхар всё так же сидел на кресле и неуверенно с сомнением смотрел в мою сторону.

— А ты, марионер, уверен…— начал было он.

— Вот только попробуй сейчас сказать, что я бланк какой-то там заполнить не сумею! Унизь меня, хвостатый, и я всё скажу, что о вас мужиках думаю! — вскипела я.

— Так бланк же всего один, — миранец растеряно поглядывал то на выход, то на меня. — Там грамотный спец нужен.

Я прямо ощутила, как у меня нутро закипает.

— А я, по-твоему, на спеца не тяну! Так - дура набитая.

Как раны зашивать, стадию личинок и носителя определять, так Анита умная, а как в бумажке пару строк заполнить - так тупею резко в ваших глазах. Я правильно тебя понимаю?! Если ты, хвостатый, не способен пару букв без ошибок с паспорта переписать, так не ровняй всех под себя.

— Да я вообще не то имел в виду, — миранец предпринял стратегическую попытку отступления в сторону двери и при этом, кажется, еще и оправдаться пытался.

— Мой тебе совет, Ратхар, не зли эту гарпию и неси документы.

Не беспокойся, наш бланк купли-продажи уже заполнен и это судно — Демьян с любовью погладил пульт управления, — это судно уже наше.

Миранец, всё так же с недоверием глянув на меня, быстро проскочил на выход.

— Все вы мужики одинаковы,— обиженно пробурчала я. — Раз вы не способны трёх строчек заполнить, то и считаете, что это никому не под силу.

— Я знаю, что ты у меня умное солнышко, не бурчи.

Насупившись, я снова удалилась в каюту и осталась там дожидаться Ратхара.

И чем дольше я там находилась, тем сильнее разрасталась моя обида. Я что, так действительно глупо выгляжу, что никто не верит, что я могу три слова без ошибок написать? Да что такое-то? Ладно, раньше соседи да знакомые за дурочку принимали, но там хоть болезнь причиной была, а эти-то чего?

— А где она? — раздалось негромкое за стеной.

— Ты обидел - ты и подлизывайся, — отозвался мой мужчина,— и полегче, она беременна. Расстроишь ещё больше - голову оторву.

Подсобравшись, я хмуро глянула на дверной проём, в котором тут же появился рыжий и хвостатый.

— А чего обиделась? У нас женщины вообще грамоте не учатся. Им незачем. Их мужчина содержит. Что обижаться на меня, я, может, впервые вижу женщину, способную написать что-то большее, чем своё имя.

Хмыкнув, я приняла такое объяснение его недоверия к моей персоне и, забрав из рук бланк и два паспорта, устремилась к Демьяну. Ладно, на первый раз прощу.