По дороге на Оюту (СИ)

— Всё хорошо, друг, — тепло улыбнулся нашему пациенту Демьян, — моя девочка сейчас тебя так подлатает, что забегаешь лучше прежнего.

Успокоившись Сунир снова обмяк, а я, схватив уф-лампу, принялась облучать рану. Промытая и очищенная она не была уже так страшна. А я первый раз действительно мысленно сказала маме спасибо за то, что она отправила меня на медицинские курсы. Если бы не она, я бы не умела пользоваться скальпелем, не знала, как правильно чистить, как облучать, как зашивать раны.

Если бы в своё время я стала экономистом, то сейчас Сунир был бы мёртв. Всё, что ни делается в жизни - всегда к лучшему. И сейчас я лишний раз в этом убедилась.

Уже накладывая швы, я позволила себе глубоко выдохнуть. Я справилась даже лучше, чем ожидала. В руках Демьян уже крутил шприц-пистолет со вставленной в него ампулой антибиотика.

— Коли в бедро, — тихо подсказала я. — И ещё добавь сильного снотворного, обезболивающее перестанет действовать, ему станет невыносимо больно.

Пусть лучше крепко спит.

Кивнув, Демьян сделал пару уколов и отошёл в сторону. Подхватив таз, он скинул в него все салфетки, перепачканные гноем и кровью, и пошёл выливать воду наружу. По комнате снова разнесся шлейф тошнотворного сладковатого запаха.

— Там, в каюте, вещи Демьяна, — указала я на дверь Ратхару, — выбери что-нибудь из чистого для Сунира. Как очнётся, будет во что одеться.

— Зачем вы помогаете? — тихо шепнул Ратхар, поглядывая на дверь, через которую вышел Демьян.

— Мы чужие вам, наши расы даже не союзники.

— Ратхар, — я тепло улыбнулась ему, — я даже не знаю, кто нам там союзники, а с марсианами и марионерами мы, земляне, так вообще воюем уже пару лет. Но это не мешает мне любить Демьяна. А вы нам не чужие. Вот ты меня от насильников спасал. Какой ты мне чужой?! Ты свой, — погладив Сунира по голове, я добавила: — И он свой. К тому же, думаю, Демьян вынашивает свои планы насчет вас двоих.

Он просто так ничего не делает. Вы ведь неплохо сдружились с ним на крейсере и облапошивали в карты простаков сплочённой командой. Видимо, он считает тебя другом и желает и дальше так считать. В общем, свои вы и всё тут.

— Ты очень добрая женщина– это опасно, — Ратхар даже пальцем пригрозил.

— У меня есть большой и злой марионер, — засмеялась я, — с ним мне можно быть какой угодно.

— Тоже верно, — пробурчал миранец.

В кабину вошёл Демьян.