По кличке Рейнджер

Влад рассказал о последних событиях.

– Значит, скинули партию на четыре миллиона долларов, – посуровел Денисов. – Кстати, в Москве пока движения «елочки» не заметно. О новой партии ничего не слышно.

– Там была не «елочка», а полуфабрикат… Скорее всего, «елочка» отправилась завоевывать мир.

– Самое главное – я узнал получателя.

– Полгода назад мы работали про проекту «Экспансия».

– Локальная нейтрализация давления со стороны спецслужб Запада. Проект не завершен до сих пор.

– Помнишь, фигурант такой был – атташе по культуре посольства США, он же сотрудник московской резидентуры ЦРУ Эндрю Маккерфи.

– И он сам приехал за товаром, – с сомнением произнес Медведь.

– Значит, имел свой резон.

– Думаешь, решил детишкам на молочишко заработать? Занялся наркоторговлей?

– Тебя это удивляет?

– Нет. Маккерфи! – Денисов улыбнулся. – Вот ведь сучий потрох. Встретимся. Счет к нему длинный.

– Жиган забрал только часть товара. Большая часть осталась на складе в Мытищах. В опечатанном контейнере в бункере для ядовитых веществ.

– Туда Жиган имеет допуск? – спросил Денисов.

– Только он и имеет, – подтвердил Влад.

– Когда туго с деньгами у «Пирамиды» станет, можете наведаться за «елочкой».

– Мысль дельная, – улыбнулся Денисов. – Значит, оставил про запас. Интересно, зачем?

– Может, другому покупателю предназначена. А может быть, и этому…

– Зацепили американца на крючок?

– Пробная сделка, – предположил Влад. – Кстати, я присобачил к пакету с товаром «метку».

«Метка» – радиоактивный изотоп. Его излучение слишком слабо, чтобы причинить людям вред, но вполне достаточно, чтобы датчики засекли его на расстоянии нескольких метров.

– На складе в Мытищах больше изотопов нет. Там хранятся только дорогие химвещества, – продолжил Русич. – Если умело организовать наблюдение, можете узнать, когда товар начнет движение.

– Попробуем присмотреть за ним.

– И еще один момент. Откуда в сейфе у Бандеры взялась «елочка»?

– Привезли откуда-то.

– Точно. Наверное, прямо с конвейера. Знаешь, в чем она хранится?

– В контейнере для перевозки особо опасных химвеществ! – торжествующе произнес Влад.

– Зацепка, – щелкнул пальцами Денисов. – Вот она!

– Вряд ли они стали бы покупать эти контейнеры. Видимо, они достались им вместе с хозяйством.

– Мы проверяли все промышленные объекты в окрестностях Болотникова. Ни один не подходит для производства «елочки». «Почтовых ящиков» там не было.