По кличке Рейнджер

«В автомобиль было заложено взрывное устройство, заряд которого эквивалентен восьмистам граммам тротила, – бодро тараторил диктор. – К счастью, машина стояла на стоянке за жилым домом и из посторонних никто не пострадал. Из компетентных источников известно, что Михаил Николаевич Чупенко, чей труп обнаружен в салоне, являлся вором в законе по кличке Бандера и обладал в этой среде большим весом. Что это – начало новой мафиозной войны?»

Жиган об одном жалел – что у него здесь нет видеомагнитофона.

Записать бы репортаж на кассету и прокручивать, когда дурное настроение. Как же приятно видеть Бандеру не живым, источающим угрозу, внушающим страх, а разобранным на бесполезные запчасти. Есть в жизни счастье!

– Конец войны, – прошептал Жиган, самодовольно улыбнувшись. – Ружья в стойло. Солдаты по хатам.

– Сегодня у меня очень загруженный день. Если можно, послезавтра. Или лучше через два дня. Я помню о вопросе. – Эндрю Маккерфи повесил телефонную трубку.

День действительно был тяжелый. Эндрю вывел на дисплей компьютера страницу «Майкрософт-офиса» с описанием дел на сегодня. Предстоял суетный день – важная встреча в Министерстве культуры. Потом рандеву в каком-то фонде содействия чему-то там – очередная русская афера. Афера – это туземный национальный образ жизни. Уже десять лет здесь царит обман всех и каждого… Потом вручение международных, читай американских, премий лучшим журналистам, отличившимся в тяжелых позиционных боях за демократию и общечеловеческие ценности.

А только затем – самое главное. То, что нельзя заложить в память компьютера. Да и какой смысл, если даже ночью просыпаешься от мыслей об этом мероприятии, и тогда становится страшно.

Маккерфи полез в стол, вытащил красную коробочку, вытряхнул на ладонь маленький красный шарик и кинул его в рот. Новое успокаивающее, с торгашеской наглостью разрекламированное как «чудо». Чудо не чудо, но все-таки лекарство хорошо помогает успокоиться.

Нервы в последнее время расшалились. И все чаще перед важными делами возникает неуверенность, боязнь неверного шага. Время, когда он ломился вперед танком, не зная сомнений, отстраняя от себя ненужные переживания и лишние эмоции, теперь прошло.

Сколько лет на этой чертовой работе. Сколько всего сделано. Сколько иллюзий и мифов, которыми он когда-то тешился, разбито вдребезги.