По кличке Рейнджер

Убогих всегда в России ценили. Вот их столько и развелось.

Первый пункт – Китайгородский проезд. Серое – бетон со стеклом – убогое здание в старинном московском переулке с вывеской «Министерство культуры Российской Федерации». В просторном холле перед столом, за которым сидел вахтер, нервно прохаживался молоденький клерк. Увидев американского атташе, он расцвел:

– О, господин Маккерфи. Пропуск уже оформлен.

Вахтеру под нос пропуск. И в тесном лифте – на пятый этаж.

Просторный кабинет. Обрюзгший, лысый и толстый его хозяин – руководитель департамента Министерства культуры.

Исповедь русского интеллигента о трудностях русской жизни – по воздействию на психику сравнится разве только с зубоврачебным креслом.

– Гибнет культура Достоевского, – вещал руководитель.

– Это большая проблема. Но все проблемы временные, – кивал Маккерфи.

Все выслушано уже не раз. На великую культуру выделяется мало денег… Но заодно Маккерфи обнюхал червячка, заброшенного лысым чинушей, – мол, в музейных фондах скопилось много экспонатов, не представляющих большой ценности и не заслуживающих хранения в запасниках.

Для поддержки музеев можно кое-что реализовать. Не заинтересована ли американская сторона в этом – благо с документами на вывоз проблем не предвидится. Попросту Маккерфи предлагали принять участие в махинации. С такими заходами он встречался не в первый раз. Сам атташе по культуре лезть в подобные авантюры не мог, но готов был дать подсказку своим знакомым бизнесменам.

Дальше – Остоженка. С маловразумительным фондом оказалось все проще.

Его руководитель клянчил помощь с американской стороны, лучше в баксовом выражении, обещая благодарность современников и потомков.

– Конечно. Вы заняты благородным делом, – кивал Маккерфи. – И народ Америки не поскупится на моральную поддержку.

При словах «моральная поддержка» лицо хозяина фонда стало кислым, как свежевыжатый лимонный сок. Эти идиоты думают, что США не считают денег и готовы платить всем, кто изъясняется им в любви!

Вручение премий лучшим журналистам состоялось в бизнес-центре на Красной Пресне.

Там собрались монстры журналистики.

– О, мистер Маккерфи, – слышалось со всех сторон. Обращались к нему чаще на плохом английском, он отвечал на хорошем русском.

– Как дела? – спрашивал он гиен пера.

Прессу надо любить. Прессу надо лелеять. С русскими журналистами он находил общий язык. Они служили его божеству – золотому идолу. Только аппетиты у них – как у колибри. Эта пресса пока что покупается дешево.