По кличке Рейнджер

Наши идеологи в недавнем прошлом немало и глупо работали над этим. На Западе методы тоньше, но и там вся методика обработки сознания, вся масскультура, вся реклама, литература, телефильмы работают уже больше века на это. И не всегда успешно. А тут – пожалуйста, «елочка». И я не удивлюсь, если однажды легализуют ее. Представь себе рекламный ролик: «Только с «елочкой-фрутс» вы обретете счастье».

– Вряд ли такое возможно.

– А почему невозможно? Мы привыкли, что мир неизменен. А мир меняется. И мир на пороге больших перемен, когда все старые ценности вдруг покажутся истлевшими и трухлявыми.

– Да. Но стервятники-янки моментально подхватывают все, что плохо лежит. Рано или поздно они научатся делать ее. И тогда – начало новой эпохи.

– Не сгущаете краски?

– Надеюсь, что сгущаю.

– Ладно. Прочь философию. Вернемся к делам насущным. Денисов, ты представляешь, что зависит от того, как сработают твои люди?

– Они должны сработать безукоризненно.

– Они сработают безукоризненно. Это же наши люди.

В «дипломате», лежащем на коленях у Медведя, что-то запиликало. Денисов открыл его. Внутри лежал прибор, занимавший большую часть пространства. Это была многоканальная рация с блоком засекреченной связи и с автоматическим переносом частот, что делало пеленг и считывание информации посторонними практически невозможным.

– Ростов, ответь Дублину, – послышался голос.

– Ростов слушает, – произнес в микрофон Медведь.

– Мы начинаем выдвижение.

– Пересекаемся в точке восемь.

– Принято. – На том конце дали отбой.

– Храни тебя бог, Олег, – произнес Гермес.

– Мы возьмем свое. – Денисов захлопнул «дипломат» и поднялся с кресла. – Сегодня кое-кто пожалеет, что имел глупость появиться на свет…

– Долой прилипал, – прошептал Маккерфи, ощущая, как неожиданно в нем начинает просыпаться мальчишеский азарт. Адреналин в крови повышается. Кровь в висках пульсирует. И ощущение настоящей жизни. Мужчина – это охотник! Ему нужно, чтобы кровь пульсировала в висках.

Перво-наперво надо оторваться от наружного наблюдения. Маккерфи замечал, что с каждым месяцем за ним следили все ленивее и ленивее. Поговаривают, будто оперативники госбезопасности нарочно теряют объекты, чтобы в освободившееся время работать по заказам коммерсантов. Даже грустно. Раньше одной из лучших служб наружного наблюдения в мире считалась русская. Город они делили на квадраты.