— Ты ничего вчера не принимала?
И поведение у нее было вчера странное. Тогда — списал на то, что расстроена. Сейчас… То заторможенная, то расторможенная, как под наркотой.
— С Костей выпили немного вина… Потом еще, может, полстакана виски. Всё.
— С Костей? — хмурюсь я. — А он тебе ничем расслабиться не предлагал?
— В смысле?
— Кокс, например, трава… За ним водится такой грешок.
— Что?… За Костей? — недоверчиво смотрит она на меня. — Нет… ничего он мне не предлагал… чтобы расслабиться, — поспешно добавляет она.
Отворачивает лицо.
— Господи… — тихонечко жалобно начинает она мычать, закрывая ладонью рот.
Я чувствую, как мы начинаем отдаляться. Не могу я позволить этому случиться.
И я обнимаю ее, притягивая к себе.
— Диночка… — закрывая глаза, целую ее голые плечи. — Мы не можем остановить всё теперь. Мы уже свернули на этот путь. Давай, попробуем, я прошу тебя.
— Пашенька, ты что не понимаешь? — отрывается она от меня.
Ее пальцы гладят мои скулы.
— Отзывчивый, добрый, ласковый… И в другой бы ситуации, я была бы счастлива… Но Арс сойдет с ума. Я не готова уничтожить вас обоих!
— Меня уничтожит сейчас, если из жалости ко мне, ты откажешь мне в отношениях. Не надо меня унижать. Мы сами с Арсом разберемся в этой ситуации. Не тебе разруливать её! Кроме дочери вас не связывает ничего. И в этом ты Дина не права, что не даешь ему общаться с ней. Об этом мы позже с тобой будем разговаривать.
— Наверное, ты прав… — пожимает она плечами. — Просто это всё ужасно на трезвую голову!
— Перестань! Мы занимались любовью. Мы свободные люди. Что здесь ужасного?
— Да? А почему я чувствую себя так, словно опять окунулась в грязь?
— Диночка, пожалуйста… — укачиваю я ее.
— Прости, Пашенька… — гладит она меня по спине. — Это всё я виновата. Ты бы сам так не сделал.
Сделал!! — хочется проорать мне.
Я это и сделал, ведь. Всё, поздно посыпать голову пеплом.
— Давай я кофе нам закажу и завтрак?
Целую ее в висок.
— Мне надо домой, Паша. К Алисе.
Сжимается.
— Боишься, что он там?
— Боюсь.
— Одевайся… Поедем вместе.
