По осколкам твоего сердца

- Да при чем тут это? Полина, почему она с тобой? – возмутился Леха.

- Да, я знаю, что ты хочешь мне сказать, - ответила я. – Но, во-первых, Диларе пришлось обо всем рассказать. А во-вторых, я решила – если на меня выйдут и заявятся на квартиру, то найдут ее. Мало ли что мой ненаглядный отчим может сделать.

- Ты права, - вдруг согласился друг. – Пусть она будет под присмотром.

- Эй, может быть, ты меня по имени будешь называть, - пнула сидение Дилара.

- Конечно, зайчик, - расплылся в улыбке Леха. Хотя я видела в зеркале заднего вида, что взгляд у него серьезный.

Сосредоточенный. Как будто каждое мгновение он ждет подвоха. – Только обещай, что будешь делать все, что я скажу.

- Обещаю, - кивнула Дилара.

- Вот и отлично. Погнали, девочки.

Леха завел машину, и мы поехали в наземный паркинг, который находился на другом конце города. Затем мы должны были ехать в квартиру, которую Леха снял через знакомого на несколько суток. Дима уже ждал нас там.

Подруга воспринимала происходящее скорее, как приключение, а не как что-то реально опасное.

Она ведь не была там, в том доме, где держали Диму. Не видела, как они с Лехой вырубают охранников. Не боялась каждое мгновение, что будет погоня. Но когда мы попали в квартиру, где нас ждал Дима, Дилара едва не упала в обморок. Она явно до конца полностью не осознавала, что он жив. Леха подхватил ее под руки, а подруга заплакала.

Пока Леха успокаивал Дилару, я подошла к Диме – не могла оторвать от него взгляд. Мне безумно хотелось коснуться его, но он опередил меня – взял за руку и поцеловал костяшки, а после, не выдержав, обнял, зарывшись носом в мои распущенные волосы.

Я обхватила его за пояс. Крепко-крепко. Этот человек мой. Только мой. И я никому не собираюсь его отдавать. И буду защищать – до последнего.

- Я скучал, - прошептал Дима, не отпуская меня.

- Я тоже… Все думала, получится ли у Лехи тебя забрать, - ответила я, наслаждаясь объятиями. На душе стало светло, будто бы я обнимала солнце.

- Все получилось.

Все хорошо, моя девочка. Только ты зря влезла в это дерьмо. Я же сказал – опасно. – В голосе Димы слышались боль и стара, приглушенная ярость.

- Мне все равно. Главное – быть рядом с тобой, - призналась я и подняла голову – так, что наши глаза встретились.

В следующее мгновение Дима сорвал с моих губ поцелуй. Тревожный и быстрый, но такой прекрасный, что захотелось смеяться от счастья. Его губы дарили столько нежности, что начинали дрожать колени.