По осколкам твоего сердца

Вера заснула прямо на стуле, и Барс, тяжело вздохнув, переложил ее на диван. А после ушел к себе, пытаясь понять, что делать дальше.

Со временем из соцсетей он выяснил, что Леха забрал Лорда себе, а котенок оказался у Дилары. Барс боялся, что животные останутся запертыми в квартире и погибнут от голода, но друзья выручили, и он был дико благодарен им за это.

О Полина Барс думал все время. Каждый день. Он долгое время не мог поверить в то, что его могут полюбить. Просто так. Не за что-то, ведь любить его не за что.

А вопреки – недостатков у него уйма. А она смогла. И в ответ он сделал ей больно – оставил ее одну. Свою хрупкую синеглазку.

Через несколько недель отца выписали из больницы. Барсу всегда казалось, что Старик – крепкий человек, таких ни одна болезнь не возьмет. Он и подумать не мог, что увидит его таким беспомощным, похудевшим и постаревшим на пятнадцать лет. Сидящим в инвалидном кресле.

Раньше Старик мог с легкостью ударить сына, теперь же даже встать не мог без посторонней помощи. За ним нужен был уход и требовалась долгая реабилитация, хотя врачи не давали никаких гарантий.

Глядя на него, Барс не верил, что этот беспомощный старик – реально старик – когда-то мог быть жестким и успешным бизнесменом, который шел по головам других. Жалости он не испытывал, скорее усталость. Да и ненависть пару раз кольнула в сердце, когда отец подозвал его к себе и с большим трудом сказал:

Речь шла о его семье – любимой жене и дочерях.

- Не брошу, - ответил Барс, сжав челюсти.

- Плохо, что я не умер, - медленно, с большими паузами и через силу произнес отец.

– Обуза. Возьми мой ствол и пристрели. Отомстишь за мать. Всем легче будет.

Сделавшись беспомощным, Сперанский действительно потерял интерес к жизни. Не мог выносить своего положения – унизительного, как сам же считал.

- Да пошел ты… Думаешь, я такой же подонок, как и ты? – ухмыльнулся Барс. – Хочешь умереть – помоги себе сам. Меня не впутывай. Только помни, что видеть мертвого отца – это последнее, что хотят видеть твои дочери.

Травма на всю жизнь будет. Уж я-то знаю, папочка. – Его голос звенел сталью от ненависти. Но Старик ничего не стал делать. То ли прислушался к его словам, то ли струсил.

Вскоре они перебрались заграницу по поддельным паспортам вместе с той же верной охраной, которая получала от Старика огромные деньги. У Барса появилась новая фамилия – Смирнов. Только вот имя он отстоял свое, сказал, что звать его будут Дмитрием, и никак иначе. И Старику пришлось согласиться.