По осколкам твоего сердца

И та пропасть, что сияла в моем сердце, наполнялась светом.

Касание губ к губам. В голове никаких мыслей – одно желание. Желание быть с любимым.

Скользящие по шее пальцы. Дыхания не хватало. Но остановиться не было сил. Хотелось еще и еще.

Коленки, упирающиеся в деревянную лавочку. Мои руки – на его плечах, а его руки – на моей талии.

Кровь все сильнее приливала к щекам, в висках колотился пульс, а звуки почти исчезли. Мы буквально терзали друг друга этим поцелуем, порою сталкивались зубами, прикусывали губы.

Дима отстранился от меня так же внезапно, как и поцеловал. С моих влажных губ сорвался разочарованный полустон, и я глубоко вдохнула ртом ночной воздух, надеясь, что его прохлада сможет потушить жар внутри.

Я хотела продолжения этого поцелуя. Сейчас. Немедленно. А Дима медлил – будто назло. Смотрел на меня и тонко улыбался. Будто понимал, что я чувствую. Дразнил, пробегая пальцами по моему предплечью.

- Дима… - Растерянно прошептала я.

- Что, малыш? – лукаво улыбнулся Дима, стараясь выровнять обрывистое дыхание.

«Продолжи это дальше!» - хотелось крикнуть мне. Но вместо этого я подалась к нему, буквально требуя возобновления поцелуя. Только Дима явно играл со мной. Он отстранился и, запустив пальцы в мои волосы, склонил голову на бок.

- Почему ты остановился? – рассердилась я. Губы горели от нетерпения. И я крепче сжала его плечи. До легкой боли.

- Решил узнать, нравится ли тебе, - ответил Дима, наматывая на палец прядь моих волос.

- Издеваешься, Дуболом? – выдохнула я, вдруг вспомнив прозвище, которым называла его в школе.

На его лице появилась улыбка. Счастливая. Сумасшедшая. Широкая.

Дима накрыл ладонью мою щеку, провел кончиком большого пальца по ресницам, а после, опустив руку, - по моим полуоткрытым горячим губам.

- Немного, синеглазка. Кстати, мне до сих пор нравится, когда ты мне дерзишь, - ответил Дима.

- Хочешь сказать, тебе понравится, если я назову тебя придурком? – рассмеялась я.

- Мне понравится все, что ты скажешь, когда будешь рядом. Называй, как хочешь. Только будь со мной. Поняла?

- Ты мой Барс. Мой мальчик. Мой.

Я прижала ладонь к его груди, чувствуя, как отчаянно бьется сердца. Понимание того, что так оно бьется из-за меня, сводило с ума. Не только этот человек имеет надо мной власть. Но и я над ним. Он сходил по мне с ума, но сдерживался.