По праву сильнейшего. Вернуть пару (СИ)

Какая разница, для кого, если всё равно неизвестно как подействует? Ещё не хватало, чтобы он собственными руками свою же пару убил, если что-то пойдёт не так.

— Нет, конечно, — отозвался Кайл. — У нас в семье уже одна амнезийная личность есть, — многозначительно посмотрел на меня, — мы едва с этим справились.

Тут я опять подзависла. Это он про кого? И только позже до меня дошло, что таким образом он меня уколол, что забыла его.

— Не виновата я, что ты такой незапоминающийся, — проворчала. — Всё равно не надо! — выдала следом, хватаясь за его руки.

— А ещё минуту назад ты практически поклялась в своей покорности мне и будущем хорошем поведении, — усмехнулся он. — Всё, передумала?

— Когда такое было? — опешила.

— Там, где ты обещала тихо-мирно сидеть, где скажут, и не высовываться, — напомнил он.

— И где здесь речь о покорности? — возмутилась я.

— Разве это не то же самое, что ты смирилась с ситуацией? — противопоставил оборотень.

Главное, не улыбаться также широко в ответ на его улыбку.

— Ну, если нет, тогда тем более я обязан закрыть вопрос с Алисой. Мало ли, чего ещё тебе в голову взбредёт, если ты вдруг снова ревновать начнёшь, — наигранно шокировано округлил глаза Кайл.

— Чего? Да больно надо тебя ревновать! — фыркнула, отпуская его и отходя, складывая руки на груди. — Делать мне больше нечего.

— Ладно, сделаем вид, что это было твоё разочарование. В отличие от тебя, у меня хватает смелости признать, что моё нежелание видеть рядом с тобой всяких непонятных пустынных волков — это ревность, но ты можешь и дальше продолжать в том же духе, — сжал меня в своих объятиях крепче.

— А что, теория, где мне и тебе всё это внушают дети, уже не рассматривается? Ты же так уверен был в этом ещё недавно, — съязвила.

Да, не могла не припомнить ему тех обидных слов. Он ведь так уверял меня, что между нами не может быть никаких чувств, а тут вдруг резко передумал? Ну да, конечно.

Вот тут налёт всей его беззаботности слетел.

— Инстинкт собственничества никто не отменял. А если он эмпатически усилен, то это становится реально опасно.

То есть, всё равно продолжает верить в то, что наше притяжение вызвано беременностью? Или нет, раз утверждает про инстинкт собственничества? А-а, он меня с ума сведёт! Или я — саму себя. Потому что зачем-то продолжаю надеяться на обратное с его стороны. Ну, не дура ли? Он ведь прямо и не один раз говорил, что нет у него ко мне никаких чувств.