По праву твоего рождения

А за дополнительную плату жена хозяина мотеля приготовила новым постояльцам нехитрый ужин.

И вот, спустя полчаса, Дарья вернулась в номер. Вооруженная пакетом с едой, девушка не успела провернуть дверную ручку, как преграда едва не слетела с петель.

А за ней – Дикий. Полыхающий взор. Опасный оскал. Взъерошенные волосы.

Но больше всего Дарья удивилась тому, что мужчина был полностью обнажен, зато в руке держал боевой топор.

– Ты чего? – просипела Дарьяна.

Клим молчал, не сводя с девушки напряженного и настороженного взгляда.

– Ты если на охоту собрался, то отбой. Сегодня на ужин у нас макароны, – продолжала говорить Дарья, медленно, без резких движений, приподняв пакет с едой.

Топор моментально растаял в воздухе. А Клим рывком выбросил руку вперед и втянул девушку внутрь номера, захлопнул дверь ногой и впечатал Дашку в свою грудь.

Хищница слышала, как под ухом колотится сильное сердце ее демона. И с каждой секундой темп замедляется, словно Дикий начал успокаиваться.

– Думал, ты сбежала, – пробормотал он наконец, так и не разжимая объятия.

Крепкие руки стискивали Дашу с такой силой, что, кажется, трещали ребра. Да и еда, зажатая в пакете между их телами, вот-вот превратится в кашу, если Клим не сбавит обороты.

– Куда, по-твоему, я сбегу? – пробухтела Дарья. – Еще и на голодный желудок?

– Дашка…, – негромко выдохнул Клим, – не сбегай больше, пока сплю.

– Так я и не сбегала! – возмутилась Дарьяна. – И кстати, свистнула у тебя немного наличности, заплатила за номер и, вот, еды достала.

– Это должен был делать я, – недовольно фыркнул Клим. – Просто что-то вырубился.

– Зато выспался, да? – говорила Дарья и вдруг потерлась щекой о теплую, даже горячую грудь.

– Угу, – пробормотал Дикий. – Уже и не вспомню, когда так крепко спал, да и вообще…

– Что вообще? Вообще спал? Так. Все. Хватит болтать! Я есть хочу! – решительно проговорила Дарьяна и попыталась отстраниться или хоть как-то выпутаться из тисков-объятий.

Но Клим не спешил выпускать ее на свободу.

– Ты удивительная девушка, – проникновенно произнес Дикий, а Дарья засмущалась.

– Пожалуй, я тебе поверю, – хмыкнула она, но румянец смущения проступил на щеках. И потом, не привыкла она обниматься с обнаженным мужчиной. Пусть он и есть ее истинный.

– Я в душ, а ты пока…, – выдохнул Клим, а Дарья потянулась навстречу обжигающим касаниям.