По прозвищу Святой. Книга вторая

Белок, калории, жизнь.

Последние куски они съели вечером третьего дня, прячась в глубоком овраге неподалёку от Ворсклы.

— «Кусок мяса», — негромко произнёс Максим, доедая свой. — Есть такой рассказ у любимого нами Джека Лондона, товарищ комиссар.

— Помню, — откликнулся Михеев. — Про старого боксёра, которому не хватило куска мяса, чтобы победить.

— Да. Но в отличие от Тома Кинга, героя рассказа, большинство из нас молоды, и у нас есть этот кусок мяса.

— Умеешь приободрить, лейтенант, — усмехнулся Михеев. — Как через Ворсклу переправляться будем, думал? Впереди и вокруг немцы.

Как бы не напороться. Снова плот?

— Не знаю пока, — сказал Максим. — Надо сначала разведать обстановку и действовать уже согласно ей. Как мы всегда и поступали в эти дни. Итог: все живы.

— Благодаря тебе, — сказал Михеев. — Поверь, я этого не забуду.

— На левом берегу Ворсклы должны быть уже наши, — сказал Максим.

— Откуда ты знаешь?

— Не знаю. Чувствую.

— Ну-ну, — сказал Михеев. — Хорошо бы, конечно.

Максим знал, что так и есть.

Как рассказал ему КИР, мощный удар в стык тридцать восьмой и шестой наших армий немцы нанесут седьмого октября. То есть, фактически, послезавтра. Оборона будет прорвана, фронт посыпется, и мы снова покатимся назад. Но ту же Ахтырку, от которой они уже буквально в шести-семи километрах, сдадут только пятнадцатого октября. Десять дней, считай, в запасе. Море времени. Более того, по косвенным данным, в районе Ахтырки должна держать оборону «родная» двадцать первая армия, остатки которой к этому времени вышли из окружения и получили пополнение. Чем чёрт не шутит, может быть, прямо перед ними на левом берегу Ворсклы его сорок вторая дивизия стоит, которая тоже прорвалась к своим? Хотя это было бы совсем уж большой удачей.

— Предлагаю вам оставаться здесь, в овраге, — сказал Максим. — Место удобное. А я схожу на разведку и вернусь. Дайте мне три часа. Нет, три с половиной. Если за это время я не вернусь, прорывайтесь на тот берег Ворсклы сами. Но я вернусь.

— Возьми в помощь кого-нибудь из бойцов, — сказал Михеев.

— Я бы сам пошёл, но…

— Не надо, товарищ комиссар, — покачал головой Максим. — На вас ответственность за жизнь командарма. Что до помощи, то в данном случае мне удобнее и быстрее самому. Хотя… — он задумался. — Есть бумага и карандаш?

— Найдутся.

— Напишите короткую записку. Что-то типа мандата.

— Хочешь наших привести? — догадался Михеев.

— Сделаю попытку. Или хотя бы обеспечу тишину с нашей стороны на этом участке реки.