По прозвищу Святой. Книга вторая

Солдат забулькал, захлёбываясь кровью, а Максим уже сидел на спине Франца, приставив окровавленный нож к его горлу.

— Тихо, — сказал он по-немецки. — Одно лишнее движение или звук, и отправишься вслед за своим товарищем. Если, понял, кивни.

Глава двадцать первая

В глазах Франца ледяным панцирем Антарктиды застыл страх. Максим этого не видел, но знал.

Он чуть ослабил давление ножа на шею.

Солдат кивнул и судорожно сглотнул, Максим почувствовал, как дёрнулся его кадык.

— Имя, звание, подразделение? — спросил Максим.

— Франц Берверт, старший стрелок, третий взвод, первая рота, первый батальон, двести седьмой пехотный полк, девяносто седьмая лёгкая пехотная дивизия, — быстрым шёпотом отрапортовал солдат.

— Кто командир дивизии?

— Максимилиан Фреттер-Пико, генерал-майор артиллерии.

— Молодец, хороший мальчик. Где позиции батальона?

— Там, — показал выше по течению солдат. — Метров триста отсюда.

— А там кто? Ниже по течению?

— Там позиции восемьдесят первого артиллерийского полка.

— Далеко?

— Н-не знаю точно, — пробормотал старший стрелок. — Я там не был. Думаю, не меньше трёхсот метров. Может быть, полкилометра. Мы только прибыли, то есть, я хочу сказать, дивизия только занимает позиции, готовимся к наступлению через эту реку. Как её… трудное русское название…

— Ворскла, — сказал Максим. — Если хочешь жить и будешь себя хорошо вести, возможно, узнаешь, что это значит.

— Я… я буду, камрад.

— Волк тамбовский тебе камрад. Обращайся ко мне «господин офицер».

— Слушаюсь, господин офицер.

— Когда, говоришь, вас должны сменить?

— Через два часа, господин офицер. То есть, уже меньше. Через час пятьдесят минут.

— Хорошо. Плавать умеешь?

Вода была холодной, осенней, но далеко плыть не пришлось — каких-то двадцать метров. Франца Максим разоружил, а сам плыл, держа автомат и пистолет в кобуре над водой, гребя одной рукой. Одежду и сапоги, перетянув их ремнём, пристроил на голове. Он не боялся, что немец сделает попытку сбежать. Во-первых, плавал тот плохо, по-собачьи.

Максим был явно сильнее.

Вот Франц и подчинился.

На реке было тихо. До поры до времени ни правый, занятый немцами берег, ни наш левый не подавали признаков жизни. Но Максим знал, что в любую секунду оба берега могут взорваться, поливая друг друга смертельным огнём.

Впрочем, ночью немцы вряд ли начнут атаку. Вот рано утром — да. Значит, нужно успеть до утра.