Не думаю, не анализирую. И вдруг он снова заполняет меня полностью и в несколько мощных быстрых толчков мы кончаем вместе. Будто спрыгиваем со скалы, крепко обнявшись. И плевать, разобьёмся или взлетим. А может просто зависнем над пропастью и так и останемся навсегда.
Ощущать себя в этом мире я начинаю, лишь когда чувствую, как Игорь распускает верёвки на моих запястьях и локтях. Кровь устремляется в пальцы, делая их горячими и сверхчувствительными. Я кое-как ставлю ладони рядом с лицом, ощущая пальцами едва заметный рельеф кожаной обивки.
Она почти гладкая, но я чувствую каждый микроскопический бугорок или борозду.
Потом ослабляются путы на бёдрах и животе, последней обретает свободу грудная клетка. Кажется, что воздуха вдруг становится слишком много, и голова начинает кружиться, даже когда я продолжаю лежать с закрытыми глазами.
Как и в конце прошлых сессий, Кот поднимает меня на руки и относит на кровать, где растирает всё тело тёплым миндальным маслом. В этот раз я не закрываю глаза – я наблюдаю.
Игорь достаёт бутылочку из небольшого электрического нагревателя, что стоит на столике рядом, наливает немного на ладонь, растирает в своих руках, а потом мягко втирает в мою кожу, нежно проводит пальцами по бороздам, оставленным верёвками, снова оценивает биение пульса в местах, где он должен хорошо прощупываться.
Волшебные мгновения, ради которых хочется ему подчиняться. Больше, чем в любые другие. Моменты, когда ощущаю абсолютное спокойствие и безграничное доверие к нему, без горького привкуса действительности.
Полная безопасность.
Он делает это неспешно и долго. Потом застёгивает джинсы, надевает футболку, заматывает меня в тёплый мягкий халат и снова относит на руках в спальню.
Мне так не хочется, чтобы он уходил, чтобы остался хоть ненадолго. Мне ведь уже можно говорить?
– Побудь немного, – шепчу, сжав пальцами его футболку, когда Игорь опускает меня на постель и уже собирается отстраниться и уйти. – Совсем чуть-чуть.
Кот пару секунд колеблется, но потом ложится рядом и позволяет мне прижаться носом к его груди, где гулко и быстро бьётся сердце.
Обнимает меня за плечи. Молчит.
И я молчу. Просто дышу, прислушиваясь, как моя кожа отходит от бондажа. И, что удивительно, снова ощущаю желание. Но мы не в игровой, тут мне не позволено.
– Когда я смогу увидеть маму?
– Когда захочешь. Но я думаю, стоит прислушаться к совету её врача и подождать несколько недель. Но решать, конечно, тебе, Маша.
Снова повисает пауза.
