По темной стороне

Она решительно не понимала, что именно меня так поразило.

И действительно, что ужасного я нашла в костях, прикованных цепями к стене? Расположившись на высоте нечеловеческого роста (метра два над полом, быть может, чуть выше), запутанный в своих сетях, состоявших из некрупных, исцарапанных странными черточками (местный аналог клинописи, отдалено напоминающий мертвый язык) цепей, покоился отполированный, чистенький и вроде как даже довольный своим посмертием скелет.

Я не была уверена, что Раяр в курсе, кто обитает на его кухне, но была уверена, что скоро ему все станет известно.

Уж я-то об этом позабочусь.

Дося, спешившая за мной по совершенно пустым сумрачным коридорам, призывно курлыкала, словно умоляя меня остановиться и подумать. Мочалка была уверена, что Раяр осведомлен обо всем, что творится в его замке. А то, что толпу сектантов проморгал, так это все их освященные штучки виноваты. И моя кровь. Ослабленная защита замка пропустила их, уловив частичку меня, а хеликер довел до моих покоев, скрывая присутствие целой толпы лысых мужиков от Раяра и охранных плетений…

Для меня скелет на кухне был вещью ненужной и даже неприятной, а для Раяра… для Раяра, судя по всему, нет.

По крайней мере, когда я ворвалась в его кабинет, с порога огорошив его невероятной новостью: «На кухне труп!» – хищник очень удивился.

Стоя у окна и любуясь унылым пейзажем – с самого утра за окном шел дождь, что лично меня очень угнетало, – он беззастенчиво пользовался моментом и отдыхал.

Вестники все так же не могли достигнуть адресата, отчего этот самый адресат получал ни с чем несравнимое удовольствие.

– Что? – Обернувшись на грохот моего вторжения, он выразительно поднял бровь.

– Скелет на стене висит!

– А, – Раяр равнодушно пожал плечами, будто я сообщила ему о чем-то совершенно незначительном, – это повар.

Руки беспомощно опустились, а Дося позади меня курлыкнула что-то вроде «Ну я же тебе говорила».

– У него был выбор, – словно бы оправдываясь, пояснил Раяр.

 – Либо он работает на меня, либо я поглощаю его душу.

– Теперь он прикован к кухне. А кости, некогда бывшие его телом, – лучшее из возможных хранилищ для души.

И вот с этим вот страхом я нынче соседствую. Он же за стенкой живет, кошмар мой ужасный.

– Ага, ну ладно. – Я сделала шаг назад, очень радуясь тому, что не до конца ворвалась в кабинет и сейчас стояла на пороге, крепко сжимая дверную ручку.