По темной стороне

Я не хотела благословляться, просто до крика не хотела, а этот держал. И там все уже заканчивали приготовления, а я тут… тут… в тревоге ждала неизбежного, подсознательно понимая, что не переживу этого их благословления.

Дальше все произошло как-то само. Мудрая просто повернулась ко мне, и я в страхе, зажмурившись, провалилась в Раяра. Вернее, мне так показалось сначала, и только спустя несколько мгновений я поняла, что провалилась на самом деле во тьму и сейчас неизвестно где и совсем не понимаю, как отсюда выбираться.

И Раяра рядом не было.

Короткое мгновение полнейшего ужаса сменилось таким же полнейшим шоком. Из темноты я вывалилась в лес, прямо на сырой мох.

Лес был мне несколько знаком, все эти ели, туман, запутавшийся в их колючих зеленых лапах. Мох и странные шорохи. И я, вся такая красивая, в одной ночнушке и босиком.

Сначала я встала, чувствуя, как мягко проминается под пятками мох, такой мягкий и очень приятный, но просто до безобразия влажный. Потом выругалась, громко и от души.

Вспомнила все матерные слова, которые знала и которые подошли бы к данной ситуации. Собственно, на этом мой запал и угас. Как здесь оказалась, я не знала, как отсюда выбираться – также не имела понятия. Найдет ли меня здесь Раяр?.. Ну конечно, хотелось в это верить, но робкий оптимизм был безжалостно забит логикой и трезвым взглядом на жизнь.

– Признаться, я думал, человечка Раяра будет более оптимистичной барышней, – раздалось насмешливое, и ко мне прямо из тумана шагнул Шэйн. Собственной персоной.

А тучи-то над моей головой сгущались все сильнее… Ну а я что? Хочет он оптимистичную барышню? Да пожалуйста.

– Здрасти, – радостно пропела я, спрятав подрагивающие руки за спину и крепко сцепив их в замок. Было у меня такое странное ощущение, что крыша моя конкретно съехала и держится уже просто на честном слове. Жаль, конечно, что тут психотерапевтов нету, мне бы не помешало записаться на пару-тройку десятков приемов.

– Девочка, – мягко позвал этот сумеречный, благосклонно глядя на меня.

– Девочка Яна, – усмехнулся он, – и что же ты делаешь здесь одна?

Выразительно оглядевшись, он миролюбиво поинтересовался:

Зачем он о хищнике вспомнил? У меня же так хорошо получалось держать себя в руках. А после этого вопроса руки просто безвольно разжались.

– Э-э-э… девочка, – удивленно позвал Шэйн, сделав ко мне один ма-а-аленький, неуверенный шажок. – Яна?

А Яна плакала, обессиленно опустив руки, не имея сил даже вытереть слезы.