Не знаю, зачем ты нас тут собираешь, кого ищешь, предполагаю, что ты и сам того не ведаешь, но чую, дело серьезное затевается. Хитромудрое. Иначе бы здесь не ты сидел, а какой-нибудь опер при погонах, и разговор бы у нас иной шел – он мне в рыло, а я ему – «не могу знать, гражданин начальник». Поэтому давай на чистоту.
– Ну давай, коли ты такой, кругом умнее всех, – кивнул «Кавторанг».
– Под дело твое я подпишусь и пригожусь, можешь мне поверить. Понадобятся вам следаки.
– Почему это?"
"– Потому, что всем к месту приходятся, коли они не костоломы из НКВД, а опера от сохи.
Вам по-всякому с людьми работать, а они для нас, для меня – книга открытая, которую я читаю, как ты азбуку. За моим столом сотни людишек разных пересидело – от шпаны безродной до генералов, и к каждому я ключик подобрал. А вы, на фронте, всё больше штыком да пулей. Вам в людях разбираться не досуг, вы на «передке» дольше недели не живете. Для вас все на одно лицо. Вот ты теперь людишек вербуешь, разговоры с ними говоришь, вопросики задаёшь, а я тебе с первого взгляда про человечка сказать все могу.
Тот первый, что у тебя был, с гнильцой он.
– Откуда ты про него знаешь?
– На зоне все про всех знают. Ты что думаешь, если его в санчасть вызвали, а вслед ему еще троих, я в их болячки поверю, в то что им лепила клизмы ставил? К тебе их таскали, как меня. За тех двоих ничего не скажу – нормальные наши советские ребята, а тот, первый, – себе на уме. Ты лучше дело его в сторонку отложи.
– А тебя?
– А меня оставь. И пацана того забери. Смышлёный он. И крепкий, коли против блатных встал и воровскому миру не продался. Такие много пользы принести могут. А ножи метать, стрелять, на кулачках биться – дело наживное. Главное, характер иметь и голову. А они у него есть. Хочешь – поручусь за него, башку свою подставив? Вместе будем – обучу его, всему, что умею.
– А если я его, не тебя возьму?
– Тоже дело. Не я, так кто-нибудь другой. У нас незаменимых нет.
Я как-нибудь до свободы докантуюсь, не век же мне здесь куковать, а он – нет. Его – перо воровское ждёт. Ну что, договорились?
Ухмыльнулся «Кавторанг».
– А хрен же с тобой, душа ты краснопёрая, – где наша не пропадала! Я, конечно, не живоглот, как ты, но кое-что в жизни поглядел своими собственными глазками, когда на «пятачках» сидел и с фрицами цапался. Там человечек тоже как на ладошке, когда ни ближнего, ни дальнего тыла, ни соседей справа и слева.
