По велению короля

Округлые ягодицы плясали в ритм его движениям. Теперь он крепко сжимал ее бедра, врезаясь в Эллен и слушая тихие крики наслаждения, рвавшиеся из ее горла, А едва услышав пронзительный вопль, исторгся в нее.

– Я не могу дышать, – выговорила наконец Эллен, пытаясь выбраться из-под него. – Слезай с меня, ты, большой олух!

Дункан глубоко вздохнул и отодвинулся.

– У тебя абсолютный талант пробуждать во мне страсть, моя маленькая женушка!

Встав, он опустил ее юбки и, повернув лицом к себе, стал целовать.

– В следующий раз мы сделаем это прямо на столе, – пообещал он с коварной улыбкой. – Вот увидишь, будет еще лучше! Согласна, дорогая?

Раскрасневшаяся, с губами, распухшими от поцелуев, Эллен оттолкнула его и встала.

– Только среди ночи! – отрезала она. – Не хочу, чтобы меня поймали за подобным занятием!

– Но риск еще больше усиливает наслаждение, – поддел он, и жена покраснела еще гуще.

– Только если обещаешь поехать на Рождество в Линлитгоу, И при этом не ныть и не жаловаться, – не сдавалась Эллен.

– Я предпочел бы провести Рождество как все новобрачные. Здесь, в нашем собственном доме! – запротестовал лэрд Даффдура.

– И я тоже, – согласилась Эллен. – Но король пригласил нас по какой-то причине, известной ему одному. Иначе он не попросил бы мелкопоместного приграничного лорда и его столь же незнатную жену присоединиться к кругу его гостей. У меня отчетливое предчувствие, что он пригласил и лэрда Клайта.

Дункан взял жену за руку, и, вместе вернувшись к очагу, они уселись перед огнем.

– Почему ты так считаешь? – спросил он.

– Прошлой весной, перед тем как я покинула двор, ходили слухи, что герцогиня Бургундская утверждает, будто младший сын ее брата выжил и теперь живет в ее дворце. Она искала союзников, чтобы те помогли ей отомстить Тюдорам за ее семью. А очередной претендент на трон – идеальное орудие мести, тем более что герцогиня клянется, будто узнала в нем племянника. Кроме того, король Яков еще достаточно молод, чтобы с радостью воспользоваться возможностью нанести Англии удар, не собирая при этом армию для нападения на Генриха.

– Если все так, как ты считаешь, зачем приглашать нас? – удивился Дункан.

– Адэр Брюс не захочет ехать ко двору на Рождество.