По велению короля

– Артэру будет нелегко обойти старшего, – вздохнула Эллен.

Дункан доел остатки овсяной каши.

– Нелегко, – согласился он. – Но здешний лэрд – я. Не Артэр.

– Да, милорд, – с притворной покорностью согласилась Эллен.

Он широко улыбнулся:

– А ты, оказывается, кокетка!

Эллен улыбнулась и, к удивлению Дункана, внезапно спросила:

– Ты вправду полюбил меня, Дункан Армстронг? Или сказал это в порыве страсти?

– Я люблю тебя, – не колеблясь подтвердил он. – Я всегда твердил, что не стану, подобно Коналу, утаивать чувства от собственной жены.

Адэр пришлось объявить, что он не получит ее, пока не скажет о своей любви. Мои родители любили друг друга. Мой отчим тоже любил мать. Я поклялся, что не женюсь, пока не полюблю женщину, которой предстоит стать моей невестой. Но потом король велел нам пожениться, ради каких-то своих целей, разумеется. И хотя мы были знакомы, все же почти не знали друг друга.

Он взял ее руку и поцеловал, сначала ладонь, потом запястье.

– Но, прожив с тобой несколько месяцев, я понял, что судьба была ко мне милостива, – продолжал он.

 – Я и сам не смог бы найти жены лучше и полюбил тебя за добрый нрав, ум и страсть, которую ты мне даришь.

Эллен ощутила, как глаза наполнились слезами.

– Спасибо, – тихо поблагодарила она.

– Как по-твоему, ты могла бы со временем полюбить меня? – мягко спросил он.

– Да, – не колеблясь ответила Эллен. Он уже был небезразличен ей, но испытывает ли она к нему то, что принято считать любовью? – Ты лучший муж на свете, Дункан Армстронг! – искренне воскликнула она и, притянув его голову к себе, нежно поцеловала.

Они разомкнули объятия, только услышав шаги. В зал вошли Сим и Артэр. Дункан знаком велел мужчинам подойти, но вопросительно поднял брови. Сим кивнул и, повернувшись, поспешно вышел. Артэр поклонился, покорно ожидая выволочки, которая, как он предчувствовал, не замедлит последовать.

– Знаю, Мэтью – твой старший сын, – сказал лэрд, – но пошел не в тебя. Какого черта ты велел ему стеречь ворота?

– Милорд, я слег с простудой… – пробормотал Артэр.

– Я слышал, что ты был болен, – перебил лэрд. – И тяжело, иначе не слег бы. Но ты не хуже меня знаешь, что твой Мэтью – напыщенный болван и совсем не годится в солдаты. Он оставил ворота нараспашку, а сам распустил хвост перед девицами. Пока он пыжился и чванился, в дом проник самый опасный человек на всей английской границе и привел с собой шестерых вооруженных людей.