По высшему классу

Парижская жизнь бурлила вокруг Билли, выманивала ее из уютного гнездышка в «Рице», где можно было получить все мыслимые удобства, просто нажав на кнопку звонка, заставляла разъезжать туда-сюда в неприметном черном «Ситроене», незаменимом в Париже, — за рулем его сидел шофер Робер, так умело маневрировавший по парижским улицам, словно его движениями управлял радар.

Приглашения стали приходить, едва она успела распаковать чемоданы. О ее приезде было известно заранее только потому, что она забронировала апартаменты Виндзоров, но каким-то образом это попало еще и в популярную англоязычную газету Мегги Нолан.

Покупка ею одного из последних старинных особняков, до сих пор остававшегося в частном владении, удостоилась заметки в «Интернешнл геральд трибюн». Билли подозревала, что парижские сплетни шли от Дениз Мартен и кого-то из администрации отеля.

Первые приглашения пришли от крупных бизнесменов и светских знаменитостей, которым Эллис представила ее во время предыдущих посещений Парижа, а также от американского посла.

После каждого приема число гостеприимных знакомых росло, и скоро вся каминная полка была заставлена «фанерками» — это выражение Билли услышала от одной англичанки, которая так называла пригласительные открытки. Ее часто приглашали на ленч — в это время строители все равно устраивали перерыв. Сидя за импровизированным столом в ее будущей кухне, они основательно подкреплялись, запивая еду изрядным количеством красного вина.

Французский вариант дамского ленча представлял собой собрание восьми-десяти приятельниц, которые сходились, чтобы посплетничать о новых лицах.

Придерживаясь своего решения посещать все престижные сборища, Билли принимала приглашения отовсюду, не соглашаясь лишь проводить выходные в загородных домах под Парижем. Бывая на двух-трех ленчах и четырех ужинах или балах в неделю, выходные Билли предпочитала приберегать для себя.

У нее появились десятки новых престижных знакомых. Потомки самых знаменитых фамилий, некоторые из которых, правда, старательно избегали общаться с Корой Мидлтон де Лионкур, от всего сердца приветствовали появление Билли Айкхорн.

Ее известность подогревала их интерес; знаменитые иностранцы еще задолго до Бенджамина Франклина пользовались у парижан популярностью; ее деньги их завораживали, ведь людей, более меркантильных, чем французские аристократы, во всем мире трудно отыскать. Красота Билли и ее безупречный французский тотчас сделали ее лучшей новинкой сезона.