Побег без права пересдачи

Вот только возвращались мы с таких работ страшненькими и довольными, особенно если ягоды были черными и маркими. Тут уж без натуральной помады на губах никто не уходил. А сколько ягодок отправлялось в рот, чтобы язык покрасить в модный цвет? Да уж, никто не следил, а то такой бы счет выставили…

С другой стороны, огород я никогда не любила. Еще когда маленькой была, родители перестали заниматься этой гадостью, на которую нервов тратишь больше, чем в итоге результатов имеешь. Но даже с тех далеких времен осталась стойкая неприязнь к прополке.

Единственное, на что меня могли уговорить, – пощипать укропа и петрушки. Но и это не входило в число любимых дел.

В общем, когда оказалось, что придется копаться в земле еще и здесь, я взгрустнула и отправилась запивать горе томатным соком, который также ненавидела.

Готовилась к предстоящему ужасу, выдержку тренировала. Пригодилось!

На первом занятии, сугубо теоретическом, я немножко прикорнула на задней парте после тщетной попытки запомнить, сколько и каким образом расположенных жилок у какой-то редкой травки, помогающей от запора.

Это знание было мне настолько необходимо, что в сон меня склонило на третьей минуте. На седьмой я очнулась от нежного удара локтем в бок. Прямо напротив толкал полную дидактизма речь препод. Я поняла, что зачет получу с боем. Осталось только выяснить, кто будет бороться.

Выясняли до сих пор с переменным успехом. Я героически сражалась с травками и собственной нелюбовью к ним, а преподаватель пытался не выказывать на людях свое негодование по поводу моего чересчур агрессивного метода работы с растениями.

Получалось слабо. И у меня, и у него. Вот и сейчас шепотки за спиной начинали делать ставки, кто победит в грядущей битве. Я или сорняки. На сорняки ставили больше.

– Дань, я на тебя поставила, – подбодрила меня Кира.

– А я против, – громко, чтобы все слышали, сказала Тринита.

Демонессы из ее свиты хихикнули.

Я смолчала, но запомнила. Шпоры по обычному тарифу, да? А обычный – это сколько? Для демонесс он только что увеличился. Раз так в пять-шесть.

Судя по негодованию, промелькнувшему на лицах братьев, еще и за доставку драть будут немилосердно. И только одна Вита довольно потирала руки. Казначей, что с нее возьмешь. Уже в роль входит! Или она из нее никогда и не вылазила?

Спустя семь минут мы стояли у огорода.