Побег без права пересдачи

Какой-нибудь акт отмщения, чтобы всем сразу ясно стало: с Жабками не шутят!

Оглядев сцену в поисках ответа, я скосила глаза в сторону Альтара.

– Вот если бы у меня Кирит-трава была! – мечтательно поклянчила я.

И пусть рояль – в сказках можно. Даже положено! Иначе представление будет на три года дольше идти. Именно столько Кирит-траве расти нужно, чтобы свойства правильные приобрести.

По мановению волшебной палочки-выручалочки на краю сцены появился пучок растущей только в горах травы.

– О, случайно завалялся! – воспряла духом всеми покинутая героиня.

Опускаться до членовредительства я не стала. Слегка пошкодничала: отомстила, так сказать, за минуты в кустах. С упоением засыпав травку в котел из старой столовской кастрюли, я принялась помешивать будущий краситель. Импровизированный огонь приятно лизал пальцы, но я ругалась, будто он был настоящим, и грозилась наказать за плохое поведение.

Под покровом кулисы я пробралась на царско-княжескую кухню и приступила к исполнению коварного плана, в результате которого в следующей сцене все щеголяли синими языками.

– Вижу, скрывается в тебе дева сердитая! – не удержалась от подколки болотница. – Нет в тебе сострадания и любви к ближнему!

Еще бы! Спина затекла, голова разболелась – какое тут сострадание?! Но меня, как обычно, никто не слушал.

По спине пробежался холодок, показывая, что один слушатель у меня имеется. И пусть поговаривают злые языки, что один в поле не воин, но мы-то знаем: все от поля зависит.

Жабка согласно квакнула, припомнив мне все немногочисленные (надеюсь!) грешки. Предательница! Не могла из солидарности кустистых промолчать? Хотя чего я удивляюсь? Жабка – и промолчать? Ой, не могу, смешно мне. Из вредности ткнула ее локтем. Земноводное лизнуло мне лоб.

«Квиты», – поняла я.

– Эх, непутевая ты тварюшка… – продолжала вещать советник его величества Баба-яга.

Жабка недовольно квакнула из кустов, опровергая опрометчивое заявление болотницы.

– Влюбилась в абы кого! Нет чтобы в правильного парня. Доброго, честного, в карты проигрывающего! Выбрала себе шулера профессионального, он белого мага-то и надул, глупый. А маги – народ тот еще! Корыстный, злопамятный, за справедливость стоят. Вот только близорукий больно. Промазали чары, не в того попали.