— На этот раз ты будешь подчиняться мне, хочешь ты того или нет.
— Но послушайте! — произнес Фаррел, пытаясь удержать Тревиса.
Тревис оглядел его с ног до головы, отодвинул в сторону и повернулся к Риган.
— Даю тебе двадцать четыре часа, чтобы ты собрала вещи, и мы сразу уедем. И опять поженимся в моем доме.
Резко вырвавшись, Риган отстранилась:
— А Марго придет к нам на свадьбу, или тебе больше хочется провести ночь с ней после нашей свадьбы?
— Можешь устраивать дома сцены ревности.
Но мне уже надоело ходить по канату и добывать для тебя проклятые розы.
Я больше не собираюсь с этим мириться. Если надо, я прикую тебя цепью к своей кровати, но знай: ты и моя дочь будете жить у меня.
Потом он немного смягчился:
— Риган, я сделал все, чтобы доказать тебе, что ты меня любишь. Разве ты этого не поняла?
— Я? — Она была потрясена. — Я тебя люблю? Но я в этом никогда не сомневалась. Это ты не знал, что происходит в твоей душе. Ты никогда не любил меня. Ты был вынужден на мне жениться! Ты был вынужден…
Изумленно взглянув на Тревиса, она смолкла.
Он качнулся назад, руки его упали. Лицо его побелело, он начал слепо искать опору. Можно было подумать, что за несколько секунд он постарел на десять лет. Тревис тяжело опустился на стул.
— Вынужден жениться на тебе? — Он задыхался, голос его ослабел и охрип. — Не мог разобраться в себе? Никогда не любил тебя?
Он тяжело уронил голову на руки, а когда поднял ее, Риган заметила, что его глаза покраснели.
— Я полюбил тебя с первой встречи, — тихо ответил он.
— А иначе с чего же я беспокоился за тебя? Ты была такой юной, такой испуганной, и я боялся потерять тебя.
Голос его зазвучал громче.
— А с какой же стати я стал бы рисковать жизнью на корабле, чтобы спасти щенка Уэйнрайта, который тебе так приглянулся? Знаешь ли ты, как мне хотелось бросить его за борт? Но я этого не сделал, потому что он был нужен тебе. А ты говоришь — я тебя никогда не любил.
Он поднялся; в голосе его послышался гнев.
— И знай, что ты не первая родила мне ребенка.
Я не был вынужден жениться на тебе.
— Но ты же сказал, что всегда женишься на матери своих детей. Я и решила… — ответила она, расплакавшись.
Он вскинул руки к небу.
— Тебе было страшно, ты огорчилась, еще не зная, что у тебя будет ребенок. А что я должен был сказать: что дома у меня есть незаконнорожденный ребенок и что его мать пыталась привлечь меня к суду за то, что я не хочу на ней жениться?
— Ты… ты мог бы сказать, что любишь меня.
