— Ты же понимаешь, мы не могли ей отказать… после того, что было… девочка имеет право находиться здесь, — мягко произнесла мама.
Вот с этим я бы поспорила.
— Возможно, — уклончиво отозвалась я, продолжая изучать злосчастную картину.
— Ты злишься.
В её голосе прозвучала непонятная тоска и грусть. Пришлось перестать уничтожать взглядом картину и взглянуть на мать, стараясь её переубедить.
Не хватало только того, чтобы она опять переволновалась и слегла.
— Нет. Если только чуть-чуть и не на тебя.
— Формально Витторн и Олейн еще жених и невеста, — осторожно продолжила она, продолжая наблюдать за мной.
На этот раз эмоции удалось сдержать и даже слегка улыбнуться.
— Знаю.
— Мне показалось, ваши отношения с ним наладились.
— Можно сказать и так.
— Он так на тебя вчера смотрел…
— Мама, я понимаю, к чему ты клонишь, но нет. Слишком многое случилось. Кроме того, есть Олейн. И она здесь.
— С Олейн тоже не все так просто, — глотнув чай, отозвалась матушка. — Витторн никогда не любил её по-настоящему.
Даже четыре года назад.
— Он прилюдно объявил её своей невестой, — возразила я.
— В тот момент он готов был объявить ею любую, кроме тебя, — произнесла женщина и тут же прикрыла рот рукой, испуганно взглянув на меня. — Прости, я…
— Я была ужасна, — перебила её я. — А еще кошмарна, эгоистична и невыносима. Витторн сразу это понял и не захотел связываться с таким чудовищем, как я.
— Ты не была чудовищем. Просто… немного запуталась. Такое бывает. Самое главное, что ты всё осознала и поняла.
Вот она — сила материнской любви. Дочь была самым настоящим монстром, из-за собственной прихоти прокляла другого человека, а княгиня всё равно её защищает. Да, этим можно было восхищаться, а можно было и ругаться. Заметь они недостатки дочери вовремя, этого могло бы и не быть.
— Мы с Витторном пришли к взаимопониманию. Кроме того, я собираюсь в ближайшее время снять проклятие. Это единственная причина, почему он находится здесь.
— Хм, — отозвалась матушка, снова глотнув чай, а потом вдруг произнесла: — Знаешь, не помню, когда мы в последний раз так откровенно с тобой разговаривали.
Ты давно не делилась со мной своими мыслями, переживаниями, новостями, предпочитая все держать в себе.
— Мне жаль, что я отдалилась от тебя, от отца и всех остальных, — искренне прошептала в ответ. — Я была кошмарной дочерью. Надеюсь, вы простите меня за всё то, что я натворила.
— Мы давно простили тебя, милая. Главное, чтобы ты была счастлива.
Мы еще немного поболтали.
