Обсудили знакомых, родственников и последние новости. Память Агнелики легко и быстро отзывалась, подсовывая нужные воспоминания, которые как-то незаметно стали уже моими.
Удивительно, но общение с мамой помогло мне успокоиться и прийти в себя.
Попрощавшись, я решила найти Витторна и обсудить с ним дальнейшие планы, для чего и отправилась к зеленому кабинету.
Если он еще там с Олейн, то ничего страшного. Переживу.
Постучав в дверь, я не стала дожидаться приглашения и тут же открыла её, входя внутрь.
Олейн действительно была там. А вот фокра не было.
— Я знала, что ты придешь, — поднимаясь, произнесла девушка. — Нам надо поговорить.
Глава 23
— Отлично! — произнесла я, закрывая дверь, и, пройдя в глубь кабинета, села за стол, сразу показав, кто здесь главный, а кто просто гость. — Давай поговорим. У меня сейчас как раз настроение такое… говорительное.
Олейн не сильно изменилась. И уж точно не подурнела, скорее даже похорошела. Исчезли некая угловатость и сутулость, которые я помнила.
Теперь девушка сидела ровно, гордо расправив плечи. Она явно знала себе цену и умела подчеркивать свои природные данные.
Светло-русая коса никуда не делась, но была заплетена более витиевато и украшена голубыми лентами со сложным орнаментом и золотыми нитями. В ушах массивные серёжки, призванные подчеркнуть хрупкую красоту Олейн. Кожа всё такая же светлая, без изъяна, румянец яркий, губы розовые, слегка припухлые, острые скулы, темные брови и светлые глаза с густыми и длинными ресницами.
Агнелика не была уродиной, но и Олейн была красива.
Платье приятного голубого цвета отлично сидело на фигуре, подчеркивая небольшую грудь, тонкую талию и длинные ноги.
— Кстати, добро пожаловать в замок. Мы тебя не ждали, но рады, — произнесла я, устраиваясь поудобнее и решая сыграть роль гостеприимной хозяйки.
Не получилось.
— Прекрати, Агнелика. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить в то, что ты действительно рада меня видеть.
— Не особо, — тут же согласилась я, откидываясь на спинку массивного кресла и широко улыбаясь. — Но ты же гостья. Надо вести себя вежливо.
— А ты разве умеешь? — скривила губы Олейн. — Вести себя вежливо? Думаешь, я забыла, как ты издевалась и шпыняла меня, как смеялась над моей неуклюжестью, выставляя всеобщим посмешищем? Ты превратила мою жизнь в кошмар.
— Конечно, ты ничего не забыла. Ты молода, память у тебя хорошая.
