Почему драконы изменяют?

Мне было страшно, что это всё иллюзия, и я на самом деле тихо схожу с ума в одиночестве под мерный звук падающих капель, но я гнала эту пугающую мысль и упрямо шла к свету.

Надежда — единственное, что мне оставалось. Если я её потеряю, это будет равносильно тому, что я сдалась и смирилась, готовая принять уготованную мне участь.

Поднявшись, осмотрелась. Я была в коридоре. С одного его конца меня ждало высокое окно, занавешенное решёткой, а с другой стороны свет горел ярче, зазывая в распахнутые двери.

Сглотнув, я сделала шаг в сторону света. У меня не было достаточно сил, чтобы испытывать удачу с окном. Вряд ли мне поддастся решётка… а встретиться со своим похитителем я хотела лицом к лицу, а не валяясь ненужной куклой на полу.

Ноги как будто налились свинцом, и каждый шаг давался с трудом, словно меня что-то тянуло обратно. Но я понимала, что это страх владеет моим телом.

Я с дрожью в руках заглядывала в небольшую комнату, хватаясь ладонями за косяк для надёжности. Гостиная была небольшой, но тёплой, уютной и пустой.

В камине ярко пылал огонь, маня обещанием обогреть. И, увы, у меня не было сил противиться. Подойдя близко к камину, я почувствовала, как блаженное тепло поползло верх по ногам; вроде и сезон ещё жаркий, а на каменном полу отнюдь не тепло. Мне казалось, что я вымерзла до самых костей. Пошатнувшись, крепче ухватилась за старую полку над камином; не хватало ещё по собственной глупости обгореть.

Громкие шаги за спиной заставили меня замереть.

Сил бежать и прятаться не было, да и глупо это. Кто бы это ни был, он сам открыл подвал.

Сердце бешено колотилось в груди, а мужские тяжёлые шаги, казалось, навечно вбивались в подкорку мозга. Я боялась повернуть голову и взглянуть страху в глаза, концентрируясь на тонких пальцах, что с силой сжимали мрамор. Костяшки побелели от напряжения, а перед глазами постепенно начало двоиться.

Тот, кто вошёл в комнату, уверенно сел в кресло. Я слышала, как шуршит ткань и расстёгивается пуговица, как мягкая седушка прогибается, принимая тело.

Облизнув пересохшие губы, я с усилием оторвала пальцы и медленно повернулась.

— Не понимаю, — хрипло прошептала я, — зачем?

Голос после длительного молчания был скрипуч, словно сухое дерево на ветру.

— Что именно? — скучающе протянул он.

— Зачем я здесь? — вновь повторила.

Мужчина нервно дёрнул уголком губ и зло прищурил взгляд."

"— А зачем ты полезла не в своё дело?! — рыкнул он.