Почему они убивают. Как ФБР вычисляет серийных убийц

Мы вряд ли скоро придем к убедительному заключению по данному вопросу, но я считаю – основываясь на мнениях экспертов в данной области, потому что сам необходимыми знаниями не обладаю, – что та опухоль была просто случайной находкой, а ответы следовало искать в особенностях личности Уитмена, которые мы описали.

Доктор Ричард Рестэк, профессор неврологии в медицинском центре Университета Джорджа Вашингтона, является одним из лидирующих нейропсихиатров в стране; он часто консультировал мой отдел в Куантико и провел массу исследований в данной области.

В июле 1996 года он выпустил специальный номер журнала «Семинары по клинической нейропсихиатрии», который назывался «Повреждения мозга и ответственность перед законом». Базируясь на размерах, расположении и свойствах опухоли, обнаруженной у Уитмена, Рестак опроверг возможность ее влияния на его поведение.

«Повреждения фронтальной доли могут приводить к психопатологическому ответу, – писал он, – но данная опухоль возле среднего мозга не могла привести к психопатии.

Она никак не влияла на самоконтроль или принятие решений. В данном случае между стимулом и реакцией располагалось большое количество синапсов, а чем их больше, тем больше и возможностей для рефлексии перед совершением действия».

В этом смысле подробности дела говорят сами за себя. Уитмен тщательно спланировал свои последние дни; во всей его операции не было ничего спонтанного или импульсивного. Он подробно изучил башню примерно за неделю до преступления, запасся оружием, продуктами и водой, чтобы продержаться там несколько дней или даже недель, если будет такая возможность.

Выиграл себе время, предусмотрительно оставив записку на дверях квартиры матери и позвонив начальнику Кэти. Однако в отличие от Брэда Бишопа или даже Джона Листа, Уитмен не рассчитывал остаться в живых. Он просто хотел исполнить свою программу.

Если бы у него имелась органически обусловленная импульсивность, Уитмен вряд ли удержался бы от стрельбы по машинам, но его интересовали только люди.

Моторные функции он контролировал полностью – попадал в человеческие мишени с той же точностью, что в искусственные, на снайперских стрельбах в десантной части. Одного мужчину, переходившего улицу, он расстрелял с расстояния в пятьсот ярдов.

Как говорит Рестак: «У многих людей выявляют опухоли мозга. Но они не взбираются на башни и не начинают палить во все стороны».