Почти 15 лет

Слава гладил Ваню по спутанным волосам, а тот ковырял джинсовую дырку на Славиной коленке: нашёл торчащую нитку и наматывал её на палец. А потом за окнами стало темнеть.

Слава, наклонившись к Ване, поцеловал его волосы и прошептал на ухо:

Мальчик, выпрямившись, прижался к нему и захныкал:

— Я завтра снова приду, — пообещал Слава. — А сейчас мне нужно к Мики. Он же там один.

— Я тоже тут а-а-адин, — возразил Ваня.

— Нет, тут есть другие ребята, врачи и медсестры, они за тобой смотрят. А за Мики никто не смотрит.

Ты же знаешь, что будет, если за ним не смотреть.

— Ну да, будет к-к-капец.

Они душераздирающе прощались: Ваня, вцепившись в Славу, плакал и повторял: «Я люблю т-т-тебя», а Слава тоже почти плакал (впервые Ваня сказал, что любит его), и заверял сына, что тоже его очень любит, но он должен, должен, должен пойти домой…

Потому что есть ещё Мики. И его он тоже очень любит. Он старается быть достаточным для всех.

Когда он, уставший, вымотанный, мокрый от своих и чужих слёз, вышел из отделения неврологии в опустевший холл, где посетители потихоньку разбредались по домам, то заметил на одном из кресел прикорнувшего человека.

Он сидел боком, поджав одну ногу к себе и опершись щекой на оранжевую обивку. Обнимал руками знакомый рюкзак.

Слава подошёл ближе, наклонился и прошептал на ухо:

Парень открыл глаза и сонно посмотрел на Славу.

— Ты чего? — спросил Слава, имея в виду: «Чего не ушел?»

— Я же должен был забрать свой контейнер обратно, — серьёзно ответил Макс.

Но тут же расколовшись, засмеялся: — На самом деле, просто… просто так. Вдруг ещё бы что-то понадобилось.

Слава, осторожно дотронувшись до его щеки, сказал:

— Надо было ехать домой. Я думал, ты так и сделал.

Макс взял Славину руку, нежно коснулся пальцев губами. Спросил, вставая с кресла:

— Да. Не стошнило, — ответил Слава с нескрываемой отцовской гордостью. — Сказал, что вкусно.

Макс заметно удивился.

— Первый раз готовил, — признался он. — Ненавижу манную кашу.

Они взялись за руки, переплетая пальцы, и направились к выходу.

Девушка на регистратуре вежливо сказала: «До свидания, хорошего вечера». Они вежливо ответили ей то же самое. Слава улыбнулся собственным мыслям: вот для чего он сюда приехал.

Уже в машине, по дороге к дому Макса, Слава рассказывал, как Ваня начал называть его «папой», и сказал, что любит, и лежал у него на коленях, и не хотел отпускать, а Макс сидел чуть боком, слушал, слегка улыбаясь, и не сводил со Славы взгляд.