Почти 15 лет

Когда Слава припарковался на Юнион-стрит возле дома 750 и потянулся за прощальным поцелуем, Макс вдруг очень серьёзно сказал:

Подавшись к Максу, Слава поцеловал его, не давая договорить. Они ударились губами, поцелуй получился грубым, почти болезненным.

Оборвав его, Макс спросил:

— Я понял, что ты хотел сказать, — проговорил Слава.

Он на секунду замялся, прежде чем ответить:

Макс улыбнулся. Слава дрогнул губами в подобие улыбки. По крайней мере, никто из них не сказал «люблю».

Он разучился спать. Это стало главной проблемой.

Чтобы её решить, он пытался понять, что случилось.

Разглядывая синяки и ссадины, он воображал разные варианты: от нестрашных (может быть, даже героических) до самых пугающих и кровавых. Нестрашным происшествием была, например, драка. Особенно, если он дрался, защищая себя, или дрался с целой толпой (с целом толпой геев в гей-баре, а почему нет?). В конце концов, может, это были и не геи, может он встретил кого-то по дороге домой и тогда подрался. Почему-то воображать драку с гетеросексуальными мужчинами было приятней, чем с гомосексуальными — в первой будто бы больше чести.

Может, драка и не была героической — такое он тоже допускал. Возможно, его просто побили, а защищаться он был не в состоянии. Это была бы стыдная история, но тоже не страшная — Лев вообще не считал, что физическое насилие может оставлять какие-то пугающие последствия. Кого в этой жизни ни разу не били? Всех били. И что теперь?

Другое дело — сексуальное насилие. Льву даже не хотелось об этом думать, но нет-нет да и возвращался мыслями к содранным коленям, синякам на бедрах и следам от ремня на руках.

Если это и вправду была драка, Лев не мог представить, как она выглядела, но при мысли об изнасиловании воображение подкидывало сотни подходящих картинок, которые всё объясняли.

Когда ему надоело изучать своё тело, измеряя размеры синяков и прикидывая, как они могли быть нанесены, он снова отправился в бар. Не за сексом и алкоголем, а за ответами.

Разговор с Тахиром получился коротким и неинформативным.

Поймав парня за барной стойкой, Лев, не здороваясь, сразу перешёл к делу: спросил, чем закончился тот злополучный вечер. Тахир будто бы и не удивился вопросу. Лениво потирая бокалы полотенцем, перекинутым через плечо, он произнес: — Перед закрытием ты ушел с тем рыжим парнем.

— Почему не с тобой?

— Ты сказал, что хочешь уйти с ним.

— Вполне, — сдержанно, даже несколько обиженно ответил Тахир. — Вы долго флиртовали.