Почти 15 лет

Слава физически ощутил эту болезненную пропасть, которая мучила Ваню: пропасть между его детством и её юностью, кажущуюся такой огромной, что её тяжело выносить. У него потяжелело на сердце. Он думал, как много встреч происходит не в то время и не в том месте.

— Потом я вернулся домой в слезах и Лев сказал мне фигню, — закончил Ваня свой рассказ.

— Обычную. В его стиле.

Слава мысленно прикинул, что это могла быть за фигня, но быстро сдался:

— У него большой репертуар. Можешь повторить?

— Он посмотрел, как я плачу из-за неё, и спросил: «Мучаешься?», я сказал: «Да», а он сказал: «Это хорошо.

Последнюю фразу Ваня произнес, сделав чопорно-низкий голос, и получилось так похоже, что Слава сначала посмеялся. Но, обдумав эти слова получше, разозлился на Льва: «Теперь и тебе дано».

Наблюдая, как мальчик размазывает слёзы по щекам, Слава робко предложил:

— Если ты не против побыть для меня малышом, могу обнять и пожалеть.

В последнее время Славе было страшно попасться в ловушку Ваниного взросления и услышать в ответ на свои нежности: «Нет!», как это начал делать Мики в таком же возрасте.

— Только зайкой не называй, — предупредил он и, подвинувшись на диване, прильнул к Славе.

Мики, незаметно вернувшийся из школы, бесшумно ступил на порог гостиной и громко фыркнул:

— Фу, что тут у вас за нежности!

Больше в шутку, чем всерьёз. Уловив веселые интонации в голосе сына, Слава рискнул предложить:

— Можешь присоединиться.

— Меня тоже пожалеешь?

— А зайкой назовешь? — Мики иронично сощурился.

Слава улыбнулся ему:

— Ну, тогда иди к нам, зайка?

Мики, деланно поломавшись секунду другую, перекинул ногу через спинку дивана (старший никогда не искал легких путей), забрался на сидение со стороны Вани и, плюхнувшись рядом, зажал брата объятиями с другой стороны. Ваня, перестав плакать, громко расхохотался: — Папа, он в рёбра тыкает!

— Где я тыкаю? У меня вот рука!

— Другой рукой! Ай! — Ваня шлепнул Мики по руке, сжимающей в объятиях.

Мики, перестав ерничать, расслабился и протянул руку дальше — так, что захватил в объятия и Славу тоже.

В полночь с одиннадцатого на двенадцатое написали дети — так он и вспомнил, что у него день рождения. Сначала сообщение пришло от Вани: «С днём ражденья папа!!! Счастья здоровья возвращайся!!!», а через полчаса куда более сухое и короткое: «С Днём рождения» от Мики.