Почти 15 лет

Лев, вытянув руку, перебирал в пальцах Славины кудри. Рука затекала, но он не хотел прекращать, и терпел — такое сотни раз бывало, если Слава засыпал на его плече. Такое раздражительное в моменте, но очень недостающее, когда приходится снова и снова ложиться спать одному.

Больше Лев на это не раздражался.

— Я попробовал поговорить с Мики об Артуре, — прошептал Слава. — Кажется, он чувствует, что с ним что-то не так.

— Ну, он переживал, что ему неприятны люди и… секс. В основном, секс, и люди в его контексте.

Льву вспомнились отрывки той диктофонной записи, Микин рассказ, сволочная рожа Артура, и он подумал: «Ещё бы». Даже вздохнул, мысленно солидаризируясь с сыном, и Слава рассмеялся:

— Как много понимания в твоём вздохе.

Лев ощутил странную тяжесть в запястьях и Тень, давно покинувшая эту квартиру, как будто снова промелькнула в окне. Приподнявшись на локтях, он повернулся к Славе и сказал:

— Пока тебя не было, кое-что случилось.

Прежний Лев шевельнулся в душе: «Может, лучше какую-нибудь другую историю выдумаешь, вместо этой?»

— Я много пил, — напомнил Лев, — и после одной из таких ночей проснулся в квартире с незнакомцем, и на моих руках были следы от ремня.

Слава тоже поднялся на локтях, спросил с возмущенным испугом:

— Не знаю. Не помню ничего. Не могу вспомнить, хотя все эти месяцы пытаюсь.

— Лев… — он обнял его, целуя в висок. — Какой же ты… Лев.

— 3наю, я сам виноват…

— Не надо было так напиваться, и вообще… Я даже не уверен, что там было. Может, и ничего…

Слава покачал головой, поражаясь:

— Мики то же самое говорил.

— О насилии, — он опустил голову на подушку, посмотрел в потолок: — Что сам виноват.

Лев горько усмехнулся:

— Нет, в его насилии тоже виноват я.

— И я, — неожиданно вставил Слава.

— Ты-то причем? Это я неправильно среагировал. И вообще…

Слава тяжело вздохнул, и Льву показалось, что этот вздох посвящен ему: ну, как будто Слава вспомнил, с чего всё началось, и согласился с его виной.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать.

«Трое в лодке, не считая собаки» начинались с перечисления всех болезней на свете, которые нашёл у себя главный герой (всех, кроме родильной горячки). Слава хорошо его понимал: с тех пор, как заболела Юля, он обнаружил у себя похожий феномен — приходилось много читать о раке и в какой-то момент он почти убедился, что у него тоже рак. И тоже груди. Это было вполне вероятно: рак молочных желез часто имеет генетическую подоплеку и передаётся по наследству.