Дочку он тут же хватал на руки и принимался тетешкать. Анька смеялась и хватала его за лицо. Первое слово – «па».
А Аля молчала, понимая, что катится все не туда. Но как только заводила разговор, разражался скандал.
– Мало? – кричал Максим. – Теперь тебе тоже мало?
От обиды и несправедливости она горько плакала. Придя в себя, он умолял о прощении.
Аля прощала, понимая, что ему трудно. Избалованный мальчик вынужден общаться с простыми работягами.
Но выхода не видела. Утешала себя: как-нибудь все образуется, как-нибудь! Искала и положительное – теперь, когда он зарабатывает, чувствует себя мужиком, кормильцем.
Только выпивоны эти все учащались – зарплата, аванс, просто хорошие чаевые. Плохие мысли Аля гнала, а что еще оставалось? Но в доме поселились печаль и тоска, тревога и тишина, а прежние радость и счастье понемногу испарялись.
Аня ходила в садик с большим удовольствием – рвалась к друзьям. Вечером, забирая дочь, Аля слушала ее непрекращающуюся болтовню:
– А Димка в меня влюбился! И Петька!
– Откуда ты знаешь? – улыбалась Аля.
– Как откуда? – удивлялась дочь. – Так видно же, мам! Димка мне ватрушки свои подсовывает, знает, как я их люблю. А Петька конфеты из дома приносит. И еще на прогулке цветочков нарвал! Прямо с клумбы, мам! Нина Сергеевна знаешь как орала? Говорила, что переведет его в младшую группу!
– Ладно, Ань. Не задавайся. Во всех девчонок мальчишки влюбляются. Не в тебя одну.
– В меня одну, – уверенно и твердо возразила дочь. – Я знаю.
В школе тоже случились перемены.
Директриса наконец ушла на пенсию. Ждали назначения из роно. Боялись пришлого человека – Виктория, конечно, не сахар, но ее все знают и знают, что от нее ожидать. Стерва, но на подлости не способна. Скорее, самоутверждается. Нет, пусть лучше человек предсказуемый и понятный, чем незнакомый. Наконец пришел приказ – Виктория. Гордо вскинув голову и поцокивая каблуками, она шла по коридору и царственно раздавала кивки.
А через пару недель вызвала на ковер Алевтину.
Вроде и нервничать повода не было, а волновалась – что еще ждать от самодурки? Метла вроде не новая, но официально утвержденная.
Да и симпатии у нее никогда к Але не было, это же очевидно.
Но все оказалось совсем не так. Виктория, важная и величественная, предложила ей место завуча.
– Ну я не знаю, – растерялась Аля. – Спасибо вам за доверие, но есть люди старше и опытнее. Мне так кажется.
– Это все, что вас волнует? – Виктория прищурилась. – Ну тогда решено! Пишу приказ.
