Если дело в твоей неуверенности, то уверяю, я вполне за.
– Спасибо, – убираю волосы за уши так, чтобы открыть ему вид на шею. На которой по–прежнему нет того кулона, что мы выбирали вместе. Немного злюсь из–за этого. – Вообще–то я много раз хотела к тебе обратиться, но ты ведь начал встречаться с моей подругой.
– Что за бред? Иди ко мне.
Кладет ладонь на мое колено. Джинсы с начесом, шерстяные колготки, лишь потом кожа. Но жар его руки отлично чувствуется. В его объятиях, наверное, совсем горячо. В пепел рассыпаться можно.
Промежность начинает пульсировать, мне стыдно за то, что ощущаю похоть так сильно. Он словно тоже ощущает мое желание, втягивает носом воздух. Отек на лице день за днем спадает, Матвею открывается мир запахов. И моих в том числе.
Ужасно стыдно за свое шлюханское поведение, слава богу передо мной отец ребенка.
– С Любой, – говорю, остужая пыл и бросая в него презрительный взгляд. – Вы ведь вместе теперь.
– Эм. А. С Любой, да. Ну вообще у нас ничего не вышло. Попробовали и не сошлись характерами.
Всё окей.
Глубоко вздыхаю. Попробовали они?! Расправляю плечи, ощущая, как голодно он пялится на мою грудь. И говорю кротко:
– Она тебя любит, Матвей.
– Вот это точно вряд ли.
– Она мне всё рассказала. Представляешь, она рисовала тебя еще до того, как мы начали встречаться. Ты ей нравишься со школы. – Даже просто думать об этом больно. Что его кто–то может любить сильнее, чем я. Но она любит. Поворачиваюсь и заглядываю в его глаза.
Они у него будто пьяные. Безумные. Кажется, смысл сказанного доходит не сразу.
– Рисовала? В смысле рисовала? Я нихера никому не позировал.
– Знаю. Она по памяти, но вышло красиво. Очень похоже. Характер передан на пять с плюсом. Она тебя рисовала с сигаретой, даже не догадываясь, что ты куришь. Все эти годы Люба боролась с чувствами, и сейчас, после нашего расставания, у вас наконец–то появился шанс.
– У нас... блть, что? Шанс у нас с Любой?
– Не ругайся при ребенке.
– У него нет пока ушей. Я скачал на телефон программу, там написано по дням.
Ушей нет.
– Ладно. Пока можно. – Вздыхаю и выдаю: – Пздц, сука, как всё сложно! В общем, мне было очень тяжело, не буду скрывать. Мой бывший, которого я любила, и от которого еще и беременна. – Его рука ползет выше, я с трудом отрываю ее от своей ноги и кладу на животик. – И самая лучшая подруга... Это был удар. Плакала. Но примирилась. И отпустила.
– Отпустила?
– Тебя к Любе.
Мы тупо пялимся друг на друга. У него натурально открывается рот от шока.
