Сами–то в этот день всё понимали, клятвы были даны раньше.
Но было прикольно. Захар единственный напился, провожая меня в семейную жизнь. А, еще мама Юли. Эти двое как–то незаметно скооперировались на фоне завуалированного осуждения ранних браков. Арсеньевичу пришлось сесть между ними, а то мало ли чем мог вечер закончиться.
– Виктор Арсеньевич до сих пор припоминает свадьбу и Захара, который чуть не увел мою тещу.
– Она для своих лет отлично выглядит. – Захар цокает языком: – Сочная.
– Бля–я, – тяну я.
– Но я бы не стал.
У меня же есть совесть в конце концов!
– Откуда? Понятно ты бы не стал, тебе бы никто не дал! Но если бы ты не прекратил себя вызывающе вести, могла быть ссора.
– Ты просто боишься, то придется звать меня папой.
– Пздц, – закатываю глаза.
Этот поток глупостей прерывает появляющийся из–за поворота преподаватель, мы как по команде выстраиваемся в ряд, смотрим профессору преданно в глаза. Зачет бы и... домой!
– Не убегай потом, – просит Захар, – дело есть.
– Мне надо Юлю забрать.
– На две минуты.
– Лады.
– Ну что, готовы, орлы? Кто первый?
– Я! Можно? – поднимаю руку.
Рискованно, согласен, но в этот раз инициатива не наказывается, мне задают пару вопросов, ставят зачет. Захар вызывается следом. Мы встречаемся на улице, курим в специально отведенном месте, после чего я спешу за руль.
В этой машине до сих пор чувствую себя неуверенно, словно мне ее одолжили. По всем документам моя, но былин! Не привык к таким подаркам, да и научен уже, что за халяву приходится больно расплачиваться.
И всё же это действительно подарок. Тестя. Которым меня еще ни разу не попрекнули. Могу себе только представить, какой это подвиг для тролля Арсеньевича. Держать язык за зубами. Понимаю и уважаю.
Мы стараемся ладить в последнее время.
Жму на газ. Настроение шикарное, и дело не в зачете. Вернее, не только в нем.
Жду Юлю у ее университета, она улаживает какие–то вопросы с академом. Погода замечательная, выхожу на улицу, облокачиваюсь на машину. Солнце припекает, знакомого запаха становится больше.
Следом вспоминаю, что и правда схватил со стула толстовку, а ведь Юля именно в ней носилась вчера. Забавно. Невольно улыбаюсь.
Уже две недели я свободен как ветер. Завод в прошлом, у меня остались учеба и одна смена в больнице. Всё! Две недели расслабона, медового месяца с... женой. В голове не укладывается. Я, конечно, буду работать больше, но теперь уже, вероятно, в больнице, поближе к специализации.
И всё же... у меня есть жена! Офигеть.
