Под боссом

Он отметелил меня хуже чем Сашины родственники в бане, а я так и остался скулящей сучкой.

— Мой день рождения был три месяца назад, милый, — Марат с усмешкой скидывает с рук перчатки. — К чему был этот приятный подарок?

— Думал, что ты хотя бы раз сможешь нормально ударить. Ошибся.

— Ну а на этот-то раз что случилось? — выкрикивает он мне вслед, когда я, забрав сумку, иду к выходу раздевалки. — Снова, что ли, не дает?

Если бы. Уезжает.

54

Саша"

"— Я тебя жду, — Маша убирает прядь волос за ухо, и я замечаю, что они у нее сильно выгорели.

 Ну или предательница самовольно сделала амбре, не посоветовавшись со мной.

— Еще бы ты меня не ждала, — усмехаюсь в экран. — Кто тебя будет на свидания собирать? Как там твой поклонник, кстати? Ну тот, который на Адама Левина похож?

— Роб, — смущенно произносит Маша. — Мы с ним встречаемся.

Это новость неожиданно приводит в меня такой ступор, что я не сразу нахожусь, что ответить. Хотя чему я собственно удивляюсь? Сестре девятнадцать, пора уже и оторваться от моей мини-юбки и самой топать ножками.

И тут она, к слову, поумнее меня оказалась — выбрала себе англоговорящего самца на родине. Не то что я: русскоговорящего и в Москве. Который уже сутки не отвечает на мои сообщения, не приезжает и не звонит, и из-за которого в коробке высохла моя любимая пицца-маргарита, потому что я от расстройства не смогла впихнуть в себя ни кусочка.

— Рада за тебя, Машан. Как папа? С мамой я вчера болтала.

Маша начинает хитро улыбаться.

— Готовит сюрприз к твоему приезду.

— Какой?

— Не скажу. Сама увидишь.

— Мне понравится?

— Еще как. Макс бы за такой удавился, так что ты точно будешь в восторге.

Я представляю, как обниму маму с папой, потискаю Никиту и Алекса, и на душе становится веселее. Крепкая семья — это большая сила и большая привязанность, особенно, когда ты еще и любимая папина дочка.

— Ладно, Машан. Пойду я в ванной валятся. Меньше чем через пару недель увидимся, так что предупреди своего Роба, чтобы готовился.

Я конечно не Макс, но годную проверку организовать смогу.

— Спросишь «Как он докатился до жизни такой»? — пряча улыбку, щурится Маша.

— Не спойлери мне тут, — по-дедовски огрызаюсь я. — Все, пока, юмористка.

Изображение сестринской мордашки исчезает, а я все равно смотрю в потухший экран, не понимая, почему после этого оптимистичного разговора у меня так щиплет в носу. Интересно, есть в медицине понятие постменструального синдрома? Это бы многое объяснило.