Под британским флагом

— Найди фонарь, зажги и посигналь нашим, — приказал я Пурфириу Лучани.

Катера должны держаться на месте там, откуда увидят береговую башню.

На шканцах спали пять человек. Один — на правом борту и как бы чуть в стороне от остальных. Тюфяк был шире, чем у соседей. Такой тюфяк мог, конечно, купить себе любой офицер, но что-то мне подсказывало, что это капитан. Лежал на спине — поза уравновешенного, уверенного в себе, практичного человека, лишенного фантазии. Такие составляют большую часть французов. На вид лет двадцать пять, если не меньше.

— Что? — спросил он, увидев сидящего рядом на палубе человека.

— Пора вставать, — сказал я на французском языке.

В это время мимо прошел Пурфириу Лучани с зажженным фонарем, осветил нас.

— Ты кто? — спросил раздраженно француз.

— Английский офицер, который захватил твой корабль, — ответил я, направив на него ствол пистолета. — Веди себя разумно — и останешься жив. Ты ведь капитан?

— Да, — тихо, словно боялся разбудить соседей, произнес он.

— Твои матросы уже мертвы. Уцелели только те, кто на шканцах, — поставил я в известность. — Это офицеры?

— Да, — подтвердил французский капитан. — Первый и второй лейтенанты и два мичмана."

"— Мы обменяем вас на наших офицеров, — поставил я в известность и решил удовлетворить любопытство: — Давно стал капитаном?

— В феврале, — ответил он.

— А до этого, где и кем служил? — продолжил я допрос.

— Лейтенантом на линейном корабле, — ответил французский капитан.

— Долго? — задал я следующий вопрос.

— Почти год, а до этого мичманом полгода и матросом восемь лет. Когда начался бунт в Тулоне, я остался верен революции, вот меня и повысили до мичмана и дальше, — рассказал он.

Типичная карьера для революционного времени. Только не все, быстро поднявшись, надолго задерживаются наверху, а еще меньше тех, кто сумеет повысить свой профессиональный уровень до нужного.

— Сколько человек было в экипаже? — спросил я.

— Восемьдесят семь, — ответил он.

Маловато для такого корабля. Я не считал, убивая, но понял, что экипаж сокращенный. Видимо, никто не рвется служить в военном флоте Франции. Побед нет, призовые редки, служба тяжела. На корсарском корабле быстрее нагребешь призовых и порядки свободнее.

К борту приза подошли катера и начали высаживать матросов и морских пехотинцев. Боцмана и боцманмата я послал на бак перерезать якорный канат. Не будем шуметь, привлекать внимание гарнизон башни.