Под британским флагом

Вся столешница была завалена бумагами, книгами, географическими картами, поверх которых лежали два костяных ножа для разрезания страниц книг, темно-коричневые кавалерийские кожаные перчатки с широкими раструбами, черная трость с набалдашником из слоновой кости в виде головы льва, розовая женская косынка, пистолет со взведенным, позолоченным курком, изогнутая лента апельсиновой кожуры, недавно снятой, еще распространявшей аромат…

— Отдай секретарю, — не ответив на мое приветствие, махнул премьер-министр в сторону тщедушного мужчины.

Я решил наказать его за невоспитанность, произнес твердо:

— Адмирал Джон Джервис приказал передать из рук в руки.

Уильям Питт посмотрел на меня взглядом, в котором без труда можно было прочитать: «Сколько же идиотов на этой земле!». Кисти у него были узкие, с тонкими длинными пальцами. Тяжесть шкатулки оказалась неожиданной для премьер-министра, поэтому чуть не уронил ее.

— Ого! — удивленно воскликнул Уильям Питт. — Что в нее наложили?!

— Добрые пожелания английских военных моряков своему правительству, — не удержался я.

Премьер-министр улыбнулся и хмыкнул, точно услышал шпильку в адрес своего заклятого врага. Передав шкатулку секретарю, посмотрел на меня с интересом.

— Не расслышал, как тебя зовут? — спросил он.

— Генри Хоуп, капитан корвета «Хороший гражданин», — медленно и четко повторил я.

— Где-то я недавно слышал твое имя… — произнес он и напряг извилины, отчего их проекция появилась на высоком лбу.

— Наверное, читали в «Лондонской газете», — подсказал я.

— Точно! — подтвердил Уильям Питт. — Я еще подумал, что бог лучше защищает Англию, чем это делает ее военный флот.

— У военного флота дел больше, — подсказал я.

— Буду знать, — улыбнувшись, произнес он.

Дверь в кабинет открылась и зашел молодой человек, судя по одежде, тоже секретарь, а судя по тщедушности и птичьему лицу — сын или родственник первого.

— Сэр, он в горячке, не сможет выполнять свои обязанности, — доложил вошедший.

"— Так найдите мне другого переводчика! — раздраженно произнес премьер-министр. — Неужели во всем Лондоне больше никто не говорит по-датски?!

— Могу перевести, — предложил я свои услуги.

— Ты знаешь датский язык?! — удивился Уильям Питт.

Как мне объяснили, только в последнее время аристократы начали служить на флоте. Раньше это было не престижно, несмотря на огромные призовые.