Португальская эскадра состояла из одного линейного девяностопушечного корабля первого ранга, двух семидесятичетырехпушечных и одного шестидесятичетырехпушечного третьего ранга и двадцатишестипушечного корвета шестого ранга. Только флагманом командовал португальский контр-адмирал Домингос Ксавьер де Лима, маркиз Низы по жене, получившей этот титул, как наследница Васко да Гамы, а на остальных португальских кораблях капитанами были англичане. Неаполитанцы с англичанами начали разбираться, кто будет править Мальтой.
Все шло к тому, что неаполитанцы, но я знал, что до второй половины двадцатого века Мальта будет под англичанами, чему мальтозы будут рады, по крайней мере, старшее поколение, которое хорошо говорило на английском языке. Мальтийская молодежь, выросшая в свободной стране, предпочтет итальянский — вернется, так сказать, к неаполитанским корням. Моему корвету поручили доставить в Гибралтар сообщение о сдаче французского гарнизона и заодно отвезти почту."
"Странным образом маршрут наш был не самым коротким.
Вопреки северным ветрам мы оказались неподалеку от Менорки, и рано утром у мыса Мола встретили испанское сетти «Живой», вооруженное десятью девятифунтовыми пушками. Это был приватир, сопровождавший приз — бово водоизмещением тонн семьдесят. Удирать от нас им пришлось по ветру, поэтому мы быстро догнали приватира и вступили с ним в бой. Я, конечно, приказал приготовить не только погонные пушки, но и карронады, однако был уверен, что они не пригодятся. Испанцы предпочитают сдаваться в плен.
Когда сетти после нашего выстрела холостым из погонной пушки начало поворачиваться к нам левым бортом, я решил, что собирается сдаться, и приказал рулевому положить лево на борт, чтобы остановиться. Не тут-то было! Залп из пяти пушек был точен на шестьдесят процентов — три ядра попали нам в корпус, причем два между ветром и водой. К счастью, никто их экипажа не пострадал, но воду начали набирать. Боцманская команда принялась вбивать деревянные пробки в пробоины.
— Правый борт, стрелять картечью по готовности! — приказал я.
Пушки на сетти стоят на главной палубе, защищает их только фальшборт, который не помеха для картечи на близком расстоянии. Первые два выстрела из карронад загнали многочисленный экипаж приватира в трюм. Следующие безответно обстреливали вражеское судно, на темном корпусе которого появлялись все новые светлые отметины, словно мы выклевывали там щепки. После третьего выстрела каждым орудием я приказал сделать паузу.
