Дорогая Кресси, я думаю, мы с тобой немедленно пойдем в твою комнату, потому что мы не должны заставлять твою бабушку ждать обеда! Мне сказали, что ты не взяла с собой свою горничную, поэтому я пошлю к тебе Римптон, и не позволяй ей, дорогая, строить из себя светскую даму! Я порой удивляюсь, почему я ее терплю, но она замечательная горничная!
Хотя мисс Стейвли и не сомневалась в способностях мисс Римптон, она отклонила ее услуги, сказав, что Джейн, прислуга бабушки, сделает все, что необходимо, потому что речь шла лишь о том, чтобы надеть очень идущее Кресси платье из оранжевого крепа.
Это и было сделано в комнате вдовствующей особы и при ее неусыпном наблюдении. Она снизошла до сдержанного одобрения платья, однако заметила, что юбка слишком узка, добавив, что не знает, во что превратится мир, если женщины станут выглядеть как палки. Пренебрегая модой, сама она была одета в платье из жесткого черного шелка, надетого на вышитый серебряными нитями чехол, накрахмаленный чепец из черного кружева и митенки.
В одной руке она держала веер. В отличие от своей внучки, которая носила легчайшие шелковые сандалии, она выбрала из своей обширной коллекции старомодной обуви пару туфель с высокими каблуками и пряжками. Кресси с озорством заметила, что ей не хватает только мушки на щеке.
― Мушки вышли из моды еще до твоего рождения! ― уничтожающе ответила вдова. ― Теперь ты можешь идти, Джейн. Погоди, дай мне трость ― ту, из черного дерева! Да, эту. И скажи Уильяму, чтобы он сейчас же пришел поддержать меня на этих скользких ступенях! ― Она повернулась, чтобы оглядеть Кресси, как только дверь захлопнулась за служанкой.
― А где же ты была, мисс? ― спросила она.
― Гуляла по розарию с лордом Денвиллом, мэм! ― сказала Кресси, ничуть не смущенная резкостью вопроса.
― Хм-м! ― Миледи внимательно изучила свое лицо в зеркале, взяла скрюченными пальцами пуховку и нанесла на свои щеки последний слой пудры. ― Даже и не спросила, нужна ли ты мне!
― Я знала, что не нужна, бабушка, ― ответила Кресси, неустрашимо глядя на нее.
― Ты сказала, чтобы я не вертелась перед носом, если только не хочу вывести тебя из терпения, чего я, даю слово, не хотела! Кроме того, бабушка, я полагала, что если о тебе заботится леди Денвилл, мне нет ни малейшей нужды оставаться здесь."
"― Амабел Денвилл ― настоящая дурочка! ― откровенно заявила вдовствующая особа. ― Она всегда такой была ― и будет! ― она задумчиво пожевала челюстями.
