― Она ревнивая злобная жаба, и она знает, что Стейвли когда-то делал мне предложение и до сих пор испытывает ко мне нежность! Я была бы очень довольна, если бы ее поставили на место. Очень довольна. Я хочу, чтобы она знала, что если я не влюбилась в Стейвли, когда он был молод и, возможно, красив, то теперь я этого не сделала бы и подавно! Ей очень подходит муж, который готов броситься за любой юбкой, как только ему наскучат ее чары!
Несколько обеспокоенный такой необычайной злобой, Кит сделал безрезультатную попытку смягчить ее.
Она прервала его, приказав не выводить ее из терпения, и удалилась прочь, смяв в руке оскорбительную газету. Подойдя к спальне вдовствующей особы, она нетерпеливо постучалась. Поскольку ничто так не раздражало леди Стейвли, как неожиданные визиты до того часа, когда она пожелает покинуть свою комнату, Кит приготовился к катастрофе. Но ее не произошло. Дамы оставались в закрытой комнате целый час, с пользой для себя обменявшись мнениями по поводу характера Албинии Стейвли.
Единственная нота несогласия была внесена леди Стейвли, которая без обиняков объяснила своей любезной хозяйке, что она действительно вдовствующая графиня и разумно было бы уже привыкнуть к этому титулу.
― А я не смогу, Кит! ― заявила позже леди Денвилл трагическим тоном. ― Все знают, что я привыкла выносить напасти, но такой удар ― это уж слишком!"
"С материнской родней Кит разделался быстро и решительно. Своей тетушке, которая заявила, что она с самого начала поняла, как обстоят дела, он ответил, что если его маме могло лишь присниться, что визит ее любимой крестницы будет истолкован столь превратно, она никогда не пригласила бы ее в Рейвенхерст; а когда его дядя в плохом настроении начал выговаривать ему за то, что новость о его бракосочетании доходит до его родственников через прессу, он тут же положил конец дальнейшим сетованиям, сказав с холодной и уничижительной вежливостью:
― Можете быть уверены, сэр, что, когда я вознамерюсь жениться, я сочту за честь лично поставить вас в известность.
От Эмброуза, которого недостаток такта подталкивал к расспросам. Кит отделался без особой изысканности, а когда ему удалось поговорить наедине в Кресси, он сказал ей, чтобы она больше не ломала себе голову и что эта неприятность, хотя и досадная, скоро забудется.
― Я думаю, что мы об этом больше не услышим, ― заключил он.
Глава 12
В этом убеждении он оставался не более суток.
