Это заставило Кита не давать опрометчивых обещаний от имени своего брата.
Должно быть, эти размышления отразились на его лице, поскольку миссис Алпертон, пристально наблюдавшая за ним, сказала, повысив голос:
― А она все узнает, предупреждаю вас, милорд!
― Скажите, миссис Алпертон, ― с легкой насмешкой поинтересовался Кит, ― вы думаете, я поверю, что вы говорите от имени Клары? Это на редкость на нее не похоже!
Это было сказано наугад: вдруг, вопреки его представлению, Клара унаследовала темперамент своей матушки? Но по лицу миссис Алпертон он понял, что попал в точку.
Она бросила на него злобный взгляд, но ответила почти без заминки:
― О нет, милый мой! Вы прекрасно знаете, что это нежное создание, любя вас так искренне, скорее позволит втоптать себя в грязь, чем воспрепятствовать вашим намерениям, если даже это ее убьет, а я боюсь, что так и случится. Я никогда прежде не видела ее такой слабой и расстроенной. Едва она отрывает голову от подушки, как начинает плакать. Не удивлюсь, если она совсем зачахнет.
Кит покачал головой.
― Вы потрясли меня, мэм. Я не имел понятия о том, что она настолько глубоко страдает!
Он вновь стал обретать уверенность. Его воображение было потрясено тем, что Ивлин мог питать хоть какие-то нежные чувства к столь слезливому существу. По-видимому, он опять попал в цель, так как миссис Алпертон с еле сдерживаемой яростью сообщила ему, что он не знает ни о том, насколько сильны переживания Клары, ни о том, чего ей стоило все время улыбаться в те моменты, когда он ее навещал.
― Если это так, то она должна быть счастлива освободиться от меня, ― заметил Кит, не в силах подавить непроизвольный смешок.
Увидев, что миссис Алпертон вот-вот разразится новыми обвинениями, он сделал нетерпеливый жест.
― Нет, нет, достаточно, мэм. Вы выполнили свою миссию! Мне ужасно жаль слышать о страданиях Клары, и я молю вас вернуться к ее постели как можно скорее. Передайте ей мои глубокие извинения за то, что я явился невольной причиной ее болезни, и уверяю вас, что как только смогу, я поспешу нанести ей визит.
Какое-то время не было ясно, чья взяла, но миссис Алпертон была не робкого десятка. Оставив притворные переживания по поводу разбитого сердца дочери, она грубо выкрикнула:
― Не раньше чем вы раскошелитесь. Знаю я таких! Обычный выскочка ― вот вы кто! Но вам не удастся лишить мою дочь того, что ей причитается, нет, не удастся! Пока я жива и способна защитить ее!
― Миссис Алпертон, ― холодно произнес Кит, ― вы делаете ошибку.
