Под покровом ночи

— Роанна, останься, — сказал он, бережно усадив старую женщину обратно на диван, — мы должны заняться делами — нужно срочно наверстывать упущенное. Давайте сразу начнем. — Он кивнул на бумаги, разбросанные по ковру.

Если Люсинда и разбиралась в чем-то хорошо, то это было ведение семейных дел. Она вытерла слезы, навернувшиеся на глаза, и кивнула:

— Конечно. Наш брокер придет в девять. Мы с Роанной имеем привычку обсуждать все до его прихода. Он кивнул и наклонился, чтобы поднять бумаги.

— Вы все еще работаете с Линскомбом?

— Нет, дорогой, он умер три года назад от болезни сердца. Теперь наш брокер — Саж Уиттен, из бирмингемских Уиттенов. В общих чертах мы удовлетворены его работой, хотя у него есть один недостаток — не любит применять новые методы.

Уэбб вспомнил эту манеру ведения дел на юге, которая в основном базировалась на знакомствах и очень отличалась от того, к чему он привык за десять лет в Аризоне. Там все было более честно и открыто.

Просматривая поднятые бумаги, он подошел к столу и приготовился сесть в массивное кожаное кресло, но, помедлив, взглянул на Роанну, проверяя ее реакцию, — ведь сейчас происходило что-то вроде передачи власти.

А она не знала, огорчаться ей или радоваться. Занятие бизнесом ее никогда по-настоящему не привлекало, но это была сфера, в которой она чувствовала себя нужной Люсинде и очень старалась быть полезной. С возвращением Уэбба уходил целый кусок жизни, но, с другой стороны, не было больше необходимости присутствовать на бесконечных совещаниях.

Она постаралась скрыть свои мысли, придав лицу безразличное выражение, и направилась к полкам, чтобы взять толстую папку с делами.

Из факса выполз какой-то документ. Уэбб взглянул на него и на все электронное оснащение, появившееся уже после его отъезда.

— Можно подумать, мы находимся в информационном центре.

Люсинда гордо улыбнулась.

— Если бы не это, Роанне пришлось бы проводить все время в разъездах. Даже у Лойела есть свой компьютер. Он разработал свою собственную программу, и теперь можно найти все сведения о каждой лошади, даже оптимальное время для случки.

Уэбб взглянул на Роанну:

— Ты по-прежнему подолгу ездишь верхом?

— У меня нет времени.

— Теперь ты сможешь чаще заниматься лошадьми. Вот об этом она как-то не подумала.