Под прикрытием

Некоторые террористы садились в кузова с заложниками, некоторые – занимали позиции для отражения нападения около машин, некоторые садились за руль.

Вот женщина – лет пятидесяти в длинном, грязном больничном халате, спотыкаясь, идет к машине. В спину ее подталкивает террорист – невысокий, в маске. Кажется, что он улыбается – хотя через маску это и не увидишь, а все равно так кажется.

Вот еще одна женщина – совсем молодая, лет двадцати, держит на руках крошечный сверток, оберегая его от всего мира – господи, даже из родильного не постеснялись брать.

И снова за спиной – черная тень, человек в маске и с оружием…

Я так и не понял – когда, с чего это началось. Посадка террористов в машины уже почти закончилась, координатор операции вышел на связь – не знаю, что он хотел сказать. Может, просто предупредить о начале движения. Может, все-таки кто-то что-то понял и спешил предупредить. Но как бы то ни было – все. Было уже поздно. Я на мгновение отвлекся от происходящего на стоянке, прислушался к рации – и в этот миг словно кулак великана со всех сил шибанул по зданию.

Громыхнуло – так, что аж потемнело в глазах, раздался странный, нечеловеческий стон, потом снова грохот. Здание рушилось, словно карточный домик, все падало. Я схватился за спинку кровати, отпустив винтовку – и тут что-то рухнуло сверху, придавив всепоглощающим весом.

Небольшой катерок – это по местным меркам небольшой, восемнадцать метров – ходко шел по волнам, разрезая своим острым форштевнем густую пелену тумана.

Слева тускло, с промежутком в пару секунд мигали огни – ракетный фрегат «Нева» охранял покой императорской яхты. Сигналами они уже обменялись – иначе сюда катер просто не допустили бы. Условный сигнал подтвердил, что к императорской яхте приближается не что-нибудь, а спущенный ночью на воду катер с той же яхты – его послали в Санкт-Петербург за одним-единственным пассажиром.

Государь ждал в кают-компании, одетый на сей раз в форму ВМФ, точнее – ЕИВ гвардейского экипажа.

Лицо у него было серым от усталости. К вошедшему в кают-компанию человеку он даже не обернулся.

– Я весьма недоволен вами, господин Цакая, – раздраженно произнес Государь, комкая в руке какую-то бумагу. – Как изволите объяснить то, что произошло в Лондоне?

– Никак, Ваше Величество…

– То есть? – повысил голос Государь. – Извольте объясниться.

– У меня нет никаких объяснений произошедшему.