Под прикрытием

Есть группы, выступающие за какой-то диалог с британцами, есть – выступающие против получения помощи от русских. Словом, всякой твари – по паре…

– Вот что мы сделаем… полковник… Я тебя брошу в центре Дублина… в багажнике и позвоню в полицейский участок. Устраивает?

И снова метнулись глаза. Похоже, понимает, попади он в камеру – и ночи не проживет.

– Какого хрена тебе надо, констебль?

– Уже ближе к истине. Поиграем в вопросы-ответы. Ты грохнул О’Доннела?

– Какого, к чертям, О’Доннела? – пробурчал полковник, но глаза снова выдали ложь.

– Ты его грохнул, – подытожил я, – это был вопрос на сто фунтов. Теперь вопрос потруднее. Какого черта тебе это понадобилось? Впрочем, ответ на этот вопрос я уже знаю. Ты принес лэптоп в квартиру О’Доннела, там была программа управления к реактивной системе залпового огня или к миномету… вот видишь, он сунул нос, куда не полагалось. Проблема заключалась в том, что разъем на системе управления огнем был армейского образца… Русского, так ведь?

Это пришло мне в голову только что.

Но по тому, как едва заметно дрогнули губы полковника, понял – снова в яблочко.

– Русского. И ты его замочил, но передать информацию он успел. А потом ты отпилил ему ноги. Как думаешь – кровь за кровь, зуб за зуб, еще действующая заповедь? А, полко…

Договорить я не успел. Так бывает – когда ведешь разговор, не успеваешь переключиться. Кроме того, я расслабился – Грей ведь за спиной, страхует. Полковник вдруг резко дернул рукой – в глазах, как вспышка, мучительная боль, слезы.

Прежде чем я успел сориентироваться, грохнул выстрел, оглушительный в тесноте пастушьей хижины, – и по ушам резанул истошный крик…

Проморгался – на это потребовалась пара секунд, но полковник уже не представлял опасности. Он катался по полу, утробно, подобно дикому зверю, выл, схватившись за колено, а между пальцами сочилась почти черная, вязкая кровь…

Я сам не понял, как это произошло – невозможно было тогда это понять, находясь там. Мы оба – я и Грей – стояли спиной ко входу и лицом к полковнику.

Более того – то я, то Грей стояли так, что спиной перегораживали этот вход в хижину. И в какой-то момент после выстрела Грея получилось так, что то ли полковник, катаясь по земле с простреленным коленом, оказался на линии огня, то ли кто-то из нас сместился – как бы то ни было, полковник в какой-то момент оказался прямо напротив входа в хижину. А дальше…

А дальше голова полковника взорвалась – в абсолютной тишине, что было еще страшнее.