Под созвездием северных «Крестов»

Только не мог сообразить, в чем тут хрень. Просто понимал: нестыковочка… Вот что значит интуиция!

Дюйм сбоку хлопнул Эдика по плечу, от чего того чуть не завалило на шконку.

– Могут судьи продажные еще кое-что, а!

– Только с задержкой.

– А ты вообще мимо факта проехал. Вместе со своим чудо-опером.

– А чего ты себя пяткой в мантию колотишь? – раздраженно спросил Эдик. – Ну подумаешь, кто-то не в своей смене. Это еще ни о чем не говорит. – Он вдруг примолк. – Хотя… Если тот марамой, что не пришелся моему оперку, еще и не в свою смену выходил…

– Во-во, – кивнул Дюйм, – тогда, можно сказать, он сам просится, чтоб его взяли в разработку…

И вот пошли результаты.

Его парни зафиксировали встречу с неким человеком, чуть позже идентифицированным как Карновский Георгий Валентинович, владелец трех автосалонов. Парни правильно разделились – один пошел за Шиловым (в прямом смысле пошел, так как москвич пошлепал в сторону метро), другой прилепился к Карновскому. Первый потерял Шилова в метрополитеновской толчее – черт его знает, может, случайно потерял, а может, Шилов почувствовал опасность. Или просто подстраховался по старой привычке. Однако что он делал весь остаток дня осталось неизвестным.

Зато известно, что господин Карновский из города отправился в свой коттедж на берегу Финского залива, куда к нему вскоре приехали еще двое. Ляпунов располагал номерами машин и описанием внешности гостей Карновского – при желании можно легко установить и их личности.

Между прочим, засовывать «жучков» в одежду Шилова или ставить их в квартире в отсутствие хозяина не стали – Ляпунов не сомневался, что Шилов проверяется на этот счет.

А вот «писать» его разговорчики на расстоянии ничего не мешает.

И на следующий день был записан разговор Шилова с Захарченко, состоявшийся еще в одной халупе – в «кировке», находящейся в одном из самых вонючих районов города. «Ага, – злорадно думал Ляпунов, в первый раз прослушивая сделанную его парнями запись, – это тебе не московский офис, тут глушилок на окнах не стоит…» Когда пленка закончилась, у Ляпунова наконец-то появилась некая ясность относительно визита Шилова в Петербург.

В том, что передачка для какого-то Карташа не простая, он не сомневался. Не тот человек Леня Шилов, чтобы сапоги лизать какому-то вертухаю ради посылки для дружка.

Значит, в ней, в посылке этой, есть какая хитрость. Может, запрятанный ствол, может, наркота или что-нибудь для побега. А у Ляпунова есть запись.