Под созвездием северных «Крестов»

 – А где ты был, позволь узнать? Молчишь? Ну-ну… Ничего, разберемся. Это тебе не Отелло с Дездемоной, не убийство в состоянии аффекта, к чему суды относятся довольно мягко. Это, видишь ли, тянет на пожизненное. Можешь кричать, что ствол подбросили, что на тебя хотят списать висяки, но… Но ты понимаешь, что выпутаться тебе теперь будет в тысячу раз сложнее.

Следователь подвинул лист к себе и снова перешел на «вы»:

– Дайте-ка бумажечку обратно. Теперь я вас обрадую. Как в анекдотах. Сперва плохая новость, потом хорошая.

Плохая уже была. А хорошая… Скажите, вас не удивляет, что после подобных откровений мы по-прежнему беседуем здесь? Хотя вами давно уже должны были заниматься «большие братья» – такие дела аккурат в их сфере интересов… Так вот, хорошая новость состоит в том, что бумажечка эта пока не имеет силы документа. А что это у вас столь удивленно округлились глаза? Не верите, что такое возможно? Ва-азможно. Не буду вдаваться в объяснения, незачем пока вам так глубоко влезать в нашу кухню. В общем, в вашем деле может всплыть один ствол, а может и другой. И все зависит от вас.

– Тот и другой тоже с моими отпечатками? – быстро спросил Карташ.

Алексей подумал немного и размеренно произнес:

– А я-то было принял вас за обыкновенного следователя, озабоченного лишь тем, как бы поскорее закрыть дело.

– Лучше принимайте меня за человека, которому небезразлична ваша судьба, – быстро ответил Малгашин.

– И что вам от меня нужно? – Карташ закурил очередную следовательскую сигарету.

– А вот об этом в следующий раз. Даю вам время проникнуться, осознать и тэ дэ. В следующий раз сразу начнем разговор по существу. Договорились?

– Насчет отвода адвоката и материалов следствия не забудьте… Кстати, а вам отвод я имею право дать?

– А смысл? – обезоруживающе улыбнулся Малгашин.

… – Ну и дурак ты, – сказал Эдик, когда Карташ пересказал ему допрос. – Законченный. Почему не подписал протокол? Ах, не было никакого протокола? Ну так вот этот Малгашин напишет в постановлении, что ты просто-напросто отказался подписывать, и это тебе штрафных очков добавит.

Запомни: каждое слово должно быть запротоколировано и подписано! – Он внезапно посмурнел. – Малгашин, Малгашин… Что-то я такого следака не припоминаю…

– Да и на допрос не похоже, а? – поддакнул Дюйм. – Нет протокола, нет тебе «с моих слов записано верно и мною прочитано». Скорее – так просто, знакомство, прощупывание почвы, разведка боем.