Под защитой твоей тьмы

Мой жених по-прежнему категорически не желает иметь ничего общего со своим родителем. А когда я спросила, почему, ответил мне, что это не его тайна, а Моррайи, и только ей решать, делиться этим, или нет.

− Ну так наслаждайтесь этим сюрпризом и этим днём, − подмигивает мне король Аделхея.

− А знаете? Вы правы, − киваю, чувствуя, как расслабляется внутри тугая пружина. — Буду наслаждаться.

− Я не сомневался в вас, − получаю одобрительный ответ и Адлар толкает дверь, чтобы сопроводить меня к алтарю, возле которого уже ждёт мой демон.

Наш обряд немного отличается от того, что принят у других, даже у демонов. Ведь для лентали самое главное разделить близость со своим избранником, когда взойдёт кровавая луна. Поэтому вместо алтаря у четырёх статуй богов Аранхода уже стоит самое настоящее ложе. А из витражных окон на него льётся свет огромной, красноватой полной луны. Когда гости вернутся за праздничные столы, мы останемся тут, чтобы продолжить ритуал.

Двигаясь по проходу между собравшимися, я поднимаю взгляд на Мартана.

И буквально тону в его жаркой тьме. Окончательно забывая обо всех своих тревогах и волнениях.

Всё, что происходит дальше, пролетает для меня, как в сладостной дымке.

Мои руки в руках любимого. Глаза в глаза. Душа к душе.

Наша магия сплетается в черно-белое кружево. С губ срываются слова древней клятвы. Мартан рассекает ритуальным кинжалом свою ладонь. Я без страха протягиваю ему свою, почти не чувствуя боли. Наши руки соединяются, смешивая кровь и магию.

И я буквально ощущаю, как его тьма вплетается в мою ауру. Вижу, как мой свет становится частью его. Объединяя нас навек. Сердце переполняет счастьем. Затаив дыхание, смотрю, как склоняется ко мне мой демон, намереваясь поцеловать. Мир тонет в предвкушении и сладком волнении.

Кажется, гости потихоньку уходят, оставляя нас одних. Их ждёт продолжение праздничного застолья, вкусная еда, танцы, а нас… ритуальная брачная ночь.

− Веришь мне? — шепчет Мартан, почти касаясь губами моих губ, когда за последним из гостей закрываются двери святилища.

Ловкие пальцы принимаются распускать шнуровку моего платья.

− Больше чем себе, − улыбаюсь, расстёгивая пуговицы его рубашки. Между нами давно уже нет места стыду и смущению. — Не медли, любимый. Хочу, чтобы ты стал мой.

− М-м-м, кто ты, властная женщина? − поднимает меня на руки мой демон. Буквально вытащив из платья. Укладывает на ритуальное ложе.

− Хм.