Под знаком Близнецов

И, может быть, салат? Что еще? Грибы? Помидоры?

Наконец заказ был сделан. Официант принес карту вин, но Брайан отодвинул ее в сторону и попросил принести бутылку «Шато Марго» 1964 года. Официант почтительно забрал меню и удалился.

— А может, ты предпочла бы шампанское? — спросил Брайан.

— Шампанское? Зачем?

— Ну, этот напиток прекрасно подходит, чтобы отпраздновать встречу после долгой разлуки.

— А ты считаешь, что это именно тот случай?

— Для меня — да. А остальное зависит от тебя, Роза. Или мне не следует ожидать от тебя авантюрных решений в столь ранний час?

Флору охватила паника.

Тонкий лед затрещал, разговор выходил из-под контроля. Красные свечи неярко освещали белую накрахмаленную скатерть. Бокалы поблескивали, как мыльные пузыри. Брайан ждал. Флора сделала глоток мартини. Он показался ей еще крепче, чем раньше, но зато все сразу стало ясным и простым. От нее требуется только осторожность, и больше ничего.

— Да, сейчас слишком рано.

— Ты. Ты смешная. Прикидываешься такой холодной, чопорной, недоступной.

Ну, хорошо, ты обручена с этим честным парнем, Энтони Армстронгом, но ты все равно осталась Розой. И со мной тебе не надо притворяться.

— А если я не притворяюсь?

— Быть может, я изменилась.

Он произнес это так, что Флора была готова ему поверить. До сегодняшнего вечера ее представления о характере Розы основывались на предположениях и догадках. А сейчас она неожиданно столкнулась с человеком, который, очевидно, знал правду. Флора чувствовала, что ей не очень хочется знать эту правду.

Уж лучше верить в иллюзии, пусть даже наивные. К тому же Роза — ее сестра. Но после недолгих колебаний любопытство, подстегиваемое алкоголем, взяло верх.

Опершись руками о подбородок, Флора слегка подалась вперед и пристально посмотрела на Брайана.

— Откуда ты знаешь, что я не изменилась?

— Расскажи мне, какая я была.

— Такая же, как сейчас. Ты только что это подтвердила. Ты не можешь устоять перед малейшей возможностью поговорить о себе.

— Так расскажи мне, какая я была.

— Хорошо.

 — Не сводя глаз с Флоры, он опрокинул стаканчик виски. — Ты была красивой. Длинноногой и потрясающе юной. Как жеребенок. Ты дулась и капризничала. Ты была эгоистичной. И очень сексуальной. Боже, какой ты была сексуальной. Меня это просто завораживало. Ты это хотела услышать?

Жар свечей обжигал ей лицо. Высокий воротник свитера вдруг стал очень тугим, и Флора попыталась растянуть его пальцем.

— И все это — в семнадцать лет? — еле слышно проговорила она.

— Да.