Под знаком Близнецов

Странно, Роза, но, после того как ты уехала, я никак не мог забыть тебя. Раньше со мной такого не случалось. Я даже пару раз ходил к тому дому на пляже, но он был заколочен. Не осталось никаких следов. Как будто все смыло волной.

— Ты особенная, Роза. Ты не такая, как другие.

— Ты настолько опытен?

Брайан довольно усмехнулся.

— Что я ценю в тебе больше всего, так это то, что с тобой мне не надо притворяться.

— Хочешь сказать, что я всегда понимала, что я — лишь одна из многих?

Прежде чем ответить, Брайан сделал глоток виски.

— Анна похожа на страуса, — неторопливо проговорил он. — Ее не волнует то, чего она не видит. А когда речь идет о ее муже, она прикладывает усилия, чтобы не видеть ничего.

— Ты так в ней уверен?

— Она любит меня до безумия.

— А ты любил кого-нибудь до такой степени?

— Нет. Даже тебя. То, что я испытывал к тебе, можно описать старым библейским словом. Похоть. Замечательное слово.

В этот момент появился официант. Пока невидимые руки в полумраке расставляли тарелки, раскладывали ножи и вилки, Флора смотрела на пламя свечей и пыталась упорядочить свои мысли.

У нее забрали бокал, и она вдруг поняла, что незаметно допила вторую порцию мартини. Теперь перед ней стоял бокал вина, сияющий, как огромный темно-красный драгоценный камень. Флора поняла, что напрасно надела свитер. Он был слишком теплым, воротник душил горло, ей было жарко. Она рассеянно посмотрела на тарелку с устрицами.

— Они тебе не нравятся? — спросил Брайан.

— Ты так подозрительно вглядываешься в тарелку.

С устрицами что-то не то?

Флора взяла себя в руки.

— Да нет, все в порядке.

Она взяла ломтик лимона и выдавила сок. Пальцы стали липкими. Напротив нее Брайан уплетал креветки с аппетитом человека, не знающего, что такое угрызения совести. Флора взяла вилку, потом отложила ее в сторону. Ее мучил один вопрос, и с неимоверным усилием она задала его:

— Брайан, кто-нибудь знает… кто-нибудь знал о нас с тобой?

— Нет, конечно, нет. Ты плохо обо мне думаешь. Я не лопух, — с искренним возмущением ответил Брайан.

И затем небрежно добавил: — Только Хью.

— Ну что ты прикидываешься? Конечно, он знает. Ты что, забыла? Он же застукал нас! — Брайан весело ухмыльнулся, словно вспомнив о юношеских проказах. — Ну и сцена была! Меня он так и не простил, но, честно говоря, я отношу это на счет ревности. Я всегда подозревал, что ты ему тоже нравишься.

— Этого не может быть!

Горячность Флоры удивила Брайана. Он оторопело уставился на нее.